Маскарад - Ирена Мадир Страница 138

Я наконец поднимаюсь, стираю с носа маски остатки возбуждения Юны и облизываю собственные пальцы, которые ещё помнят жар её лона. Ксены снова шевелятся, царапая брюки и явно намекая на то, что мой член всё ещё нуждается в Дикарке. Я поправляю рукой ширинку, морщась. К подобному будет трудно привыкнуть, ведь до знакомства с Юной возбуждаться настолько сильно не получалось…

По привычке внутри возникает порыв охладить свой пыл, напомнив о грязи, но апеллировать подобным теперь куда тяжелее. Мой рот был наполнен Дикаркой, и это была не грязь, это был восхитительный нектар, которого оказалось мало. Язык подрагивает в немой жажде, и я прикусываю его клыком, пуская себе кровь и отрезвляя разум перед тем, как выйти в коридоры подземелья.

Мои шаги бесшумны, как у истинного тааха, глаза не светятся, что позволяет оставаться незамеченным. Найти беглянку легко – моя энергия в ней, будто маяк указывает направление. Юна явно запуталась в поворотах, а магический кристалл в её руке постепенно потухает вдали от алтарной комнаты.

— Вот же блядство! – негромко выругивается Дикарка, постукивая по нему. – Работай, гадёныш!

Мои губы растягиваются в усмешке. Начинаю привыкать к её грязному ротику и даже нахожу это по-своему очаровательным…

Надо бы мечтать о прерывании замыкания, но мимолётная мысль о самой возможности иметьпару сводит с ума. Если моя энергия избрала Юну, значит, она идеально сочетается со мной на физическом и ментальном уровнях. Ведь замыкание выбирает не просто тех, с кем можно получить потомство, но с кем оное можно будет и воспитать…

О чём я думаю? О детях с Дикаркой? «Свадьбу ещё представь, как девочка-подросток», – делает ехидное замечание внутренний голос. Уже готовлюсь отмахнуться от него, но воображение предательски подкидывает картину Юны в белом платье…

— Сука! – рявкает она, когда кристалл окончательно потухает.

Я безумен, если считаю, что она милая?

Да. Определённо, да!

Я сошёл с ума и начинаю наслаждаться этим, потому, дождавшись, когда моя разъярённая женщина, отшвырнёт магический кристалл в сторону, подхожу ближе и останавливаюсь прямо перед ней. Юна ничего не видит, но явно чувствует моё присутствие, однако среагировать не успевает. Я наклоняюсь, перехватываю её и взваливаю на плечо.

Пронзительный визг вызывает крайне неприятные ощущения, хотя и не такие, как выстрел из пистолета. Но громкие звуки всё равно болезненнее, чем кулачки Юны, колотящие по моей спине. Приходится встряхнуть её, заставив замолчать, а затем шлёпнуть по заднице:

— Заткнись, если не хочешь, чтобы твоим кляпом стал мой член!

— Ненавижу тебя!

— Всё ещё недостаточно. – Рука сжимает её ягодицу, и пальцы задевают то самое место, от прикосновения к которому Юна резко выдыхает. – Дать тебе больше причин для ненависти, дорогая?

Дикарка издаёт странный крякающий звук удивления. Звучит забавно, и я едва сдерживаю смех. Проклятие, почему всё это вообще веселит меня, почему я наслаждаюсь этим, и почему с ней мне нравится говорить грязные вещи?

«Потому что она наша, тупица!» – звучит мысленный ответ. Невозможно не согласиться. Да и не хочется пытаться оспорить утверждение. Напротив, хочется подтвердить его, закрепить. И я чувствую нечто похожее на то, что испытывал, намереваясь присвоить себе Музу. Однако сейчас ощущение куда сильнее. Оно будоражит изнутри, тревожа не только разум и алчную тёмную сторону, но и сам организм, а кроме него и какую-то почти забытую частичку, которая хочет принадлежать кому-то…