Семь снежных ночей - Цан Юэ Страница 99

Резня той ночи ожила в его памяти так, словно случилась ещё вчера.

Кровь.

Огонь.

Громкие вопли, которые быстро стихали.

Пылающие дома.

Мужчины, женщины и дети, в ужасе бегущие прочь.

Юноша и девушка взялись за руки и со всех ног неслись по льду, спасаясь из деревни, а Тун, которого владыка выпустил из тёмного дома, гнался за ними и кричал, словно безумный:

— Сестра сяо Е! Сюэ Хуай!

— Фэн, верни его. – На пальце владыки, которым он указал на кричавшего мальчишку, блеснул драгоценный перстень. – Он теперь мой ученик.

— Слушаюсь. – Мяо Фэн, которому было тогда пятнадцать лет, улыбнулся, поднял окровавленный меч и бросился следом.

Конечно. В тот раз владыку заинтересовал мальчишка, который мог бы стать даже полезнее, чем сам Мяо Фэн, – поэтому упустить его было никак нельзя.

Владыка холодно усмехался, глядя им вслед.

— Они уже бросили тебя, Тун. Почему ты по-прежнему гонишься за ними?

Тот остановился как вкопанный. Мальчик стоял на льду, и его плечи начали дрожать.

— Сестра сяо Е! Сюэ Хуай! – отчаянно кричал он. – Подождите меня! Подождите…

Ни один из них не оглянулся.

Мяо Фэн догнал мальчишку схватил за плечо и улыбнулся.

— Тун, все бросили тебя. Ты нужен только владыке. Пойдём… Останься с нами.

— Нет… нет! – Тот отчаянно оттолкнул Мяо Фэна и бросился следом за убегавшими.

Тун был всего в трёх чжанах от них и продолжал кричать, звать, но юноша и девушка не обернулись – только быстрее побежали прочь, крепко держась за руки.

— Всё ещё хочешь догнать их? – спросил его Мяо Фэн. – Ладно…

И с силой ударил ладонью по льду.

Толстый слой с громким треском лопнул, трещины разбежались по нему, как ветвящиеся молнии. В один миг река разинула бездонную чёрную пасть и поглотила и юношу, и девушку.

— Всё кончено. – Мяо Фэн убрал руку и улыбнулся потрясённому мальчишке.

Тот медленно опустился на колени, словно вдруг обессилел, и закричал от отчаяния.

Всё кончено?

Двенадцать лет спустя в тиши глухой снежной ночи тень судьбы накрыла Мяо Фэна тёмным крылом.

— Сюэ Хуай, холодно… – Женщина, укутанная в шубу из золотистого рысьего меха, дрожала, свернувшись в клубок. – Очень холодно…

Таким уязвимым казалось сейчас её бледное лицо – в сердце Мяо Фэну словно вошла игла. Беспредельные печаль и бессилие обрушились на него, сокрушили стойкость, и, прежде чем он понял, что происходит, по щеке покатилась слеза, почти сразу превратившись в льдинку.

Эта слеза была первая за минувшие десять – или даже больше – лет. Юноша уже не улыбался.

Мяо Фэн не знал, что делать с этими непривычными чувствами, и потому просто закрыл глаза и подставил лицо снегу и ветру.

Он родился в царской семье Лоулань и видел, как она пришла в упадок, а после и вовсе исчезла с лица земли. С тех пор как владыка спас его от бандитов, Мяо Фэн не знал для себя другой цели, кроме как стать мечом в его руке, жить и умереть ради него… без колебаний, без сомнений, не задумываясь о причине.

Долгие годы сердце Мяо Фэна оставалось спокойным, ни разу не дрогнуло. Почему же его наполнила такая глубокая боль? Это… сожаление о сделанном?

Раскаивался ли он в том, что руки обагрены кровью? Что едва не погубил эту женщину?

Мяо Фэн не знал ответа. Он просто крепче обнял измученную целительницу. Сюэ Цзые, прильнув доверчиво и уязвимо, вздрагивала в его руках и медленно оживала.