Биатлон. Мои крылья под прицелом - Анастасия Разумовская Страница 97

— С днём рождения вселенной всех нас! — торжественно заявил лепрекон и поднял кружку с калмыцким чаем.

— День рождения вселенной? — фыркнула Росинда. — И кто же видел, когда она родилась?

— Когда-то да родилась. Почему бы и не сегодня?

Аратэ повторил мои слова, нимало не смущаясь плагиата. Я мысленно посмеялась. Ну ладно, всё с вами понятно, товарищ лепрекон. Пока все не перессорились, надо брать инициативу в свои руки.

— Дорогая команда, — я долила чай Харлаку и уселась на место, — я сразу скажу по-быстрому кое-что, а потом мы будем просто есть, пить и веселиться. Хорошо? Вот что я подумала: нас шестеро. Четверо будут играть, двое запасных. Два этапа: соревнование между командами и соревнование внутри команды. И если с первым этапом всё понятно, то от второго возникает ощущение, что мы должны уничтожить друг друга, так?

— Мы обязаны ей отвечать? — поинтересовалась Валери у Эрсия.

— Вообще-то, — ответил принц задумчиво, заглянул в кружку, повертел её в руках, а потом посмотрел на невесту, — это правило хорошего тона. Мы ведь у неё в гостях.

— Тогда отвечу. Нет, тхаргица, мы не должны уничтожить друг друга…

— Но каждый сам за себя, не так ли?

— Ты не находишь, что она сама нарушает законы вежливости, перебив меня? — уточнила банши у жениха.

Это было… обидно. Даже отвечая, Валери умудрялась игнорировать меня. Но… а не пофиг ли? Я решила действовать аналогично и уставилась на принца, словно разговаривала именно с ним.

— Однако это ошибочно. Смотрите, каждый знает, что если на турнире победишь ты, то вытащишь из опалы и свою невесту. А если прекраснейшая Росинда, то она вытащит своего жениха, так?

— К чему она говорит эти банальности? Ей кажется, что это интересно?

На вопрос невесты Эрсий не ответил. Он продолжал разглядывать чай в кружке, медленно вращая её туда-обратно.

— Таким образом, команда распадается, а, значит, вам всем будет тяжелее справиться с мортармышами. И это нечестное состязание.

— И что ты предлагаешь? — Эрсий вдруг поднял взгляд, и я словно захлебнулась в его глазах-озёрах синих.

Как же он всё-таки красив! Поразительно для парня, и при этом не гламурно. В Эрсии не было самолюбования, ему плевать было, хорош он или нет. Я впервые видела перед собой именно аристократа, чистокровного, да ещё и обладающего безграничной властью. И поняла, что все фильмы лгут: актёры не в силах изобразить подлинного прирождённого вельможу.

Кое-как собрав мысли обратно в черепную коробку, я выдержала взгляд, облизнула пересохшие губы и ответила:

— Я предлагаю честное. Мы все отбиваем друг друга от мортармышей и боремся за то, чтобы никто не погиб. А победит быстрейший. Победит лучший из нас.

— Тебе не кажется, что тхаргица глупа? — спросила Валери у принца. — Что это бессмысленная, тупая идея. Для чего сильнейшему, по её мнению, сражаться за слабейшего?

Эрсий не отвечал, он продолжал задумчиво смотреть на меня.

— Вместе мы сильнее. Сильный за слабого, слабый за сильного — эта формула усиливает каждого. Ведь даже сильнейший может промахнуться.

Валери фыркнула, глотнула чай и сморщилась:

— Что за бурда⁈ Какая гадость.

— А мне нравится, — ухмыльнулся Аратэ, — есть что-то в этом сочетании необычное. Но вот что, прелесть моя, мне непонятно всё же: если, положим, я отстреливаю мортармыша, нападающего на… тебя, а ты потом побеждаешь, как мне отделаться от привкуса упущенных возможностей? Зачем мне, положим, помогать другому победить?