Пламя в небе - Софи Джордан Страница 89

Он опустил голову между моими коленями и с шипением выругался, обдав теплым дыханием воспаленную кожу.

— Что же ты с собой сделала? – Что я сделала? – Почему ничего не сказала?

— Я уже объяснила, что ты был неприступен.

Тяжело вздохнув, он поднял глаза к моему лицу и пророкотал:

— Иди сюда.

Я опомниться не успела, как снова оказалась у него на руках. Задрав на мне юбки до талии, он зашел со мной в воду.

— Будет холодно, – предупредил Фелл и, не дав мне собраться с духом, тотчас же погрузил меня в ледяной поток. – Холодная вода собьет красноту и уменьшит воспаление, – объяснил он, держа меня в ручье и одновременно следя за тем, чтобы не намокли мои юбки.

Задыхаясь от нестерпимого холода, я отчаянно льнула к его плечам. Постепенно я осознала, что Фелл был прав. Холодная вода смягчила жгучую боль ободранной кожи. В конце концов я оправилась от потрясения и вздохнула свободнее, чувствуя, как мои раны омывает ледяной поток.

— Сегодня мы отдохнем, а завтра снова в путь, – сказал Фелл, все еще держа меня на руках, фактически обнимая. В груди происходило что-то невероятное: ее стискивало, сдавливало. Сердце колотилось так быстро, будто стремилось выскочить из грудной клетки. – Впредь, будь добра, говори, если что-то тебя беспокоит.

— Ладно, – пообещала я, смея надеяться, что теперь он будет помнить о моем существовании и не станет постоянно бросать меня на попечение Мари. Быть может, мы сумеем переступить через неприятное начало нашего знакомства и создать семью. А какие еще у нас варианты? Оставаться чужими? Врагами?

Хруст гальки под чьими-то ногами предупредил, что мы больше не одни.

Фелл напружинился всем телом, быстро огляделся, но меня в воду не выронил. Внимательно осмотрев противоположный берег, я заметила там женщину. Сама не знаю, кого я ожидала увидеть – Мари, одного из воинов, разбойников? – но только, пожалуй, не эту странную фигуру в накидке с капюшоном.

Женщина была полностью укутана в плащ. Я лишь различила овал ее красивого лица в складках капюшона. Сильный ветер теребил, развевал на ней одежду, гнул сучья, ерошил листья, швырял на нас клубы легкой туманной дымки, которая выползала из леса, стелясь по земле. Женщина с мягким любопытством рассматривала странную пару, какой мы, вероятно, предстали ее взору.

— Привет, – ровно произнесла она, переводя взгляд с меня на Фелла и обратно. Глаза выдавали в ней человека куда более старого и мудрого, чем можно было предположить, судя по гладкой смуглой коже ее лица.

— Привет, – пророкотал голос Фелла у моей груди, но в нем не слышалось ни теплоты, ни приветливости.

— Она больна? – спросила женщина, кивнув на меня, и я поежилась – то ли от взгляда ее темных глаз, то ли от внезапно окутавшего нас облака холодного тумана.

— Ссадины от седла, – небрежным тоном ответил Фелл, хотя я чувствовала, что он напряжен. Он взглядом прощупывал застланный туманом берег и деревья, высматривая тех, кто мог сопровождать незнакомку.

Она чуть склонила голову, роясь в сумке, которая висела у нее на боку под плащом. Капюшон упал с головы женщины, обнажив ее роскошные рыжие волосы. Не огненно-рыжие с оттенками красного и золота, как у меня, а абсолютно алые, неестественно алые. Длинные, прямые, густые, на висках ее волосы были заколоты простыми гребешками, которые не давали прядям падать на лицо.