Бескрайнее темное море. Том 1 - Моргана Маро Страница 82

— Да, я слышала о смерти министра Ди, и мне очень жаль, что такой хороший человек так рано ушел. Мы с ним и правда встречались за пару дней до этого, однако лишь для того, чтобы заключить сделку на поставку бумаги в наш «Дом». Вдобавок как у меня может оказаться картина самого Тяньцай-цзюнцзы? Брат Шу, не шути так больше, иначе у меня могут быть проблемы.

Бяньбянь покачала головой, всем своим видом показывая, что не причастна ни к обнаружению картины, ни к гибели министра Ди.

Цин Вэнь не успел ответить, как заговорил Фан Лао:

— Госпожа Бяньбянь, благодарю за то, что развеяли наши сомнения и прояснили детали. Мы больше не смеем вас задерживать и вернемся в зал.

Певица натянуто улыбнулась и первой поднялась с места. Когда Цин Вэнь встал, Фан Лао едва ощутимо сжал его ладонь холодными пальцами. Их словно обдало прохладным ветерком, и две фигуры, один в один напоминающие принца и заклинателя, покинули комнату, оставив настоящих все так же стоять на месте.

– Молчи, –раздался тихий голос в голове Цин Вэня.– Пока мы молчим, нас не видят.

Закрыв дверь, Бяньбянь тяжело прислонилась к ней спиной, низко опустив голову и прошептав:

— Старик Ди, хочешь и меня в могилу свести? Ты ведь говорил, что картина будет со мной в безопасности…

Ее голос прервал нерешительный стук в дверь.

— Госпожа Бяньбянь, к вам гость!

— Я устала, не хочу никого принимать.

— Он назвался Сун-эром.

Встрепенувшись, певица выскользнула за дверь и скрылась в коридоре.

Отпустив ладонь принца, Фан Лао произнес:

— Картина до сих пор у нее.

— Она может быть спрятана здесь?

— Кто знает, но стоит проверить.

Комната принадлежала Бяньбянь: в ящиках стола Цин Вэнь нашел пудру и тени, а в шкафу висели платья для выхода в город. Сложно сказать, жила ли здесь певица постоянно или лишь останавливалась во время представлений.

— Нин-гэ нашел что-то? – поинтересовался Цин Вэнь, осмотрев уже все ящики.

— Нет, – признался Фан Лао. – Видимо, картина спрятана в другом месте.

В коридоре раздались шаги. Цин Вэнь, схватив Фан Лао за руку, нырнул за ширму. К счастью, места, пусть и с трудом, хватило.

– Я мог бы сделать нас невидимыми для них, – раздался вздох наставника в голове.

Поняв, что совершенно забыл об этом, Цин Вэнь решил промолчать.

Поза оказалась неудобной: Фан Лао прижался к стене, тогда как Цин Вэнь стоял у края, почти вжимаясь плечом в плечо заклинателя. Спина взмокла от духоты.

Цин Вэню стоило ужасных усилий не сдвинуться с места, когда дверь открылась. Раздались шаги – легкие, такие могли принадлежать девушке или стройному юноше. Кажется, у Бяньбянь посетитель.

— Сун-эр, почему же так долго?! – раздался обиженный голос.

— Прости, я правда пытался прийти раньше… прости…

— Разве я не просила не тревожить меня во время выступлений? – фыркнула Бяньбянь, сев на тахту.

— Знаю, знаю, но ты просила говорить, если что-то случится.

Сун-эр тоже сел, и тахта тихо скрипнула. Заклинатель и принц застыли – одно неловкое движение, и они заденут ширму, а та привлечет внимание.

— Это насчет той картины…

— Тебя тоже про нее спрашивали? – насторожилась певица.

— Что? Нет-нет! Я лишь хотел сказать, что, как ты и велела, передал ее тому цзяньцу по имени Дуньянь. Неужели просочились слухи, что появилась одна из картин Тяньцай-цзюнцзы?