Последний выживший самурай. Том 2 - Сёго Имамура Страница 77

Гилберт задал этот вопрос неспроста. О Джексоне ходила одна история.

Когда ему было семь лет, умерла мать, и мальчика взял к себе дядя, управлявший фермой в Вирджинии. Говорили, что именно там юный Джексон тайно учил чёрных рабов грамоте – читать и писать. И это несмотря на то, что законы штата Вирджиния строжайше запрещали это делать.

— Они хорошими парнями были. Делились со мной дровами. А когда я спросил, как их отблагодарить, они попросили об этом.

— Вот, значит, что…

— По крайней мере, я в это верил. Но мир устроен сложнее. Отмена рабства разорит множество плантаций, и многим не останется ничего, кроме петли. У меня просто не хватило духа следовать своим принципам до конца. – С горькой усмешкой в голосе Джексон добавил: – Возможно, поэтому я и восхищаюсь рыцарями – теми, кто следует своим идеалам несмотря ни на что.

— Рыцарями…

Конечно, Гилберта с детства воспитывали как рыцаря, и он старался соответствовать своим идеалам. Только вот в современном мире они выродились в пустую формальность. Среди носителей титула хватало негодяев, в то время как люди простого звания, подобные Джексону, порой являли собой истинное благородство.

— Передай на родину, что Конфедерация проиграет через год, может два…

— Ты знал с самого начала.

— Конечно, – вздохнул Джексон.

Если бы Англия действительно хотела поддержать южан, то послала бы крупные силы, не обращая внимания на общественное мнение. Генерал понял, что главная задача Гилберта – наблюдать за ситуацией.

— Что будешь делать?

— Мне нет места в новом мире. – Джексон вынул револьвер и показал его. В барабане был всего один патрон.

Он всё предвидел: если Конфедерация падёт, его – того, кто нанёс Северу столько поражений, – не оставят в живых. Даже если бы он избежал трибунала, его бы нашли и убили. И, видимо, он решил опередить судьбу, сделав это собственной рукой.

Гилберт отчаянно пытался что-то сказать, но слова застревали в горле.

— Спасибо, что сражался со мной. Надеюсь на тебя и завтра, – Джексон допил оставшийся кофе и, похлопав ошарашенного Гилберта по плечу, направился в казармы.

Гилберт не поверил своим глазам, читая депешу из Лондона. Он запросил подтверждение – не ошибка ли это. Ошибки не было. В послании недвусмысленно давали понять, что в случае неподчинения ему грозит военный трибунал, а также намекали на возможные проблемы для его семьи, если дело дойдёт до суда.

Весной 1863 года северяне начали масштабное наступление. Их силы насчитывали поражающие воображение сто десять тысяч человек. В условиях катастрофического численного перевеса Джексон предложил командованию отчаянную, почти авантюрную стратегию. Основные силы в количестве восемнадцати тысяч человек должны были принять удар на себя, в то время как он во главе двадцати восьми тысяч солдат совершит глубокий обход и ударит во фланг и тыл противника. План сработал блестяще, посеяв в рядах северян панику и хаос. Гилберт в той битве лично застрелил десяток врагов и ранил более тридцати.

Итогом стала крупная победа Конфедерации. Однако и её собственные потери были огромны. Становилось очевидно: продолжать войну в таком духе было уже невозможно.

— Разделимся. Основные силы возвращаются в штаб. Я с офицерами проведу разведку, – Джексон отдал приказ на обратном пути.