Биатлон. Мои крылья под прицелом - Анастасия Разумовская Страница 71

Внезапно кто-то упал на дракона сверху. И ещё раз. И ещё.

Дракон попытался атаковать противника, попытался удрать, но сил у него не было. От нового удара нас закрутило в штопоре, а потом когти разжались, и я полетела вниз, кувыркаясь в воздухе. Что-то упало на меня, выравнивая падение, обхватило тело. И мы свечкой вошли в тугую прохладную воду.

Объятья разжались. Вода ударила, завертела, увлекая на дно, хлынула в нос и лёгкие, шарахнула о камень, и я перестала понимать, где верх, где низ, и вообще, где я. Забилась и в последний миг вцепилась во что-то гладкое, плотное и объёмное. И это что-то цилиндрической торпедой выбросило меня наружу, а потом устремилось куда-то, и я, на одних голых инстинктах обхватила это что-то руками и ногами, прижавшись к нему, отплёвываясь от воды, содрогаясь от кашля, но уже понимая, что смерть осталась позади.

Мы выплыли на мелководье, я встала на ноги, нагнулась и меня буквально вывернуло водой. Горло и рот залило желчью. Ноги подкосились, я упала на камни, оглянулась и увидела…

Тюленя.

Тюлень в реке⁈ Как это?

Он неуклюже выползал на берег, перекатываясь с бочка на бочок и подталкивая себя хвостом. Светлый, какой-то розовато-голубой. Кое как я выбралась следом за ним и упала на траву.

Трава.

Летний двор. Благие фейри. Что-то такое кто-то мне рассказывал. Кажется.

Отдышавшись, я села, упёршись руками в землю, и снова поглядела на тюленя. И увидела на его месте Росинду, которая тоже сидела и смотрела на меня. Девушка была полностью обнажена, и лунный свет красиво обливал плавные изгибы её белого тела.

— Ну что? Полегчало? — угрюмо спросила розововолосая. — Пришла в себя? Это хорошо. Сейчас буду тебя убивать.

Глава 26

На берегу Лета

— Ты — тюлень? — просипела я.

Не самый разумный вопрос в данном случае, но соображать было тяжко.

— Я — роана, — холодно ответила Росинда и поднялась.

— Но ты можешь превращаться в тюленя? Да?

Мы находились на берегу, прямо у кромки смолянисто блестящей воды, вокруг шелестели корявые деревья, плескали длинными плетями на ветру, одни в чужом раю, но мне нужно было срочно понять, кто передо мной.

Однако однокурсница не ответила. Шагнула ко мне и гневно выпалила:

— Ты! Ты хоть понимаешь, что ты надела⁈ — пихнула меня в плечо, и я бы упала, если бы не сидела. — Аратэ заманил его в ловушку, понимаешь? Я оплела пением, Валери ударила… а ты! Ты вообще соображаешь, насколько опасен дракон? А раненый дракон⁈ Мы прилетели тебя, пустышку, спасать! Ты думала, он тебя пощадит? Да как бы не так! Просто совокупление и еда для них немного разные процессы. Он поел, поспал, а потом уже и…

— Нет!

Я тоже рассердилась. Меня била дрожь, вода всё-таки не была тёплая, а в летних землях хоть и не было зимы, но и зноя тоже не ощущалось. Возможно, мы упали где-то на границе.

— Ничего он бы со мной не сделал! Он меня покормил, Рос! Он меня покормил, понимаешь? Сначала меня, а потом уже сам насытился!

— Это ни о чём не говорит!

— Это говорит обо всём!

Мы орали друг на друга, как две фурии, сошедшие с ума. Она вдруг схватила меня за волосы и сильно оттолкнула. Я упала, попыталась вскочить, но слабость не дала. И тут кроны затрещали, и прямо к нам провалилась драконья туша, а с неё спрыгнул… Аратэ. Разъярённая Росинда тоже повернулась к нему.