Монструм. Коллекционное издание - Полина Граф Страница 68

Я зажмурился и попытался вырваться, но не смог. Хватка стала еще сильнее. Передо мной стояла уже не Сара. Вокруг расползлись темные вихри. Это была Мгла.

Вблизи ее лицо казалось богомерзким. Все усохло, потрескалось и будто было готово лопнуть от любого движения. Пустые глаза-впадины расширились, как две черные дыры, готовые поглотить меня. Ее голос двоился:

– Где она, Максимус? Ты обещал. Поклялся! Ты не сделал этого!

— Отойди! – ужаснулся я, выворачиваясь.

Но Мгла наседала:

– Где ты? Глупое создание. Ты умрешь! Умрешь…

Я почувствовал, что опора под ногами исчезла. Чудище выпустило меня из своей мертвой хватки, и я вновь полетел вниз. Но в этот раз все выглядело не так безмятежно. Холодные пальцы стиснули мою шею и рванули в бездну. Я падал, быстро и необратимо, все ниже, ниже и ниже… Сердце грохотало, глаза распахнулись до предела, мышцы напряглись, а по телу расползся тягучий, ни на что не похожий холод. Страх… Он выплескивался из меня, лился через край в виде крика. Тьма еще никогда не пугала так, как в тот момент. Я молился о пробуждении или хотя бы о смерти. Лишь бы это кончилось, ужас был просто невыносимым.

«Ты не ищешь, – сказал кто-то. – Оступился. Забыл».

Падение замедлилось.

«Забыл, как быть собой».

«Ты сам избрал свой путь».

«Назад дороги нет, но для других все еще можно исправить».

Мрак прорезал красный луч. Я в изумлении открыл глаза. На моей груди вспыхнула красная точка. То была звездная подвеска на шее. Ее свет успокаивал, притягивал. От него исходил настойчивый звук, бьющийся и густой, как стук сердца.

«Вспомни себя».

«Прошлое Скорпиона пробудит тебя».

Едва я коснулся подвески, как та вдруг перестала светиться, и падение возобновилось. Быстрее-быстрее. Туда, где меня не коснутся ни Тьма, ни Свет.

В пустоту.

Глава 13

Ошибки прошлого, беды грядущего

Стефан натянул капюшон накидки по самые глаза, чтобы проходящие мимо заоблачники не задавались вопросом: а что это среди них делает какой-то приземленный? Ему не воспрещалось бывать в их поселениях, но Стефан был уверен: эквилибрумы его за это живьем сожрут. Пускай даже глазами. Слава Свету, на площади их было немного, несмотря на удивительно плотное население Аргентиона. Круглое, почти пустое пространство обрамляли стены зданий – строгие, каменно-стеклянные, прекрасные. Стефан не раз восхищался острой и тяжелой архитектурой, напоминающей готику – основной стиль для светлых эквилибрумов большинства префектур. В небо вздымались сияющие шпили, а над ними – эфирный купол, благодаря которому рассвет приобрел пурпурные краски.

Стефан ходил туда-сюда, отпугивая мелких голодных до Света люминосов. Он поглядывал на золотые часы, непрерывно щелкая крышкой, и вспоминал любые ругательные эпитеты, словно периодическую таблицу элементов. Он ненавидел ждать.

Стеф вздохнул, убрал часы и вновь обратил взор на полупрозрачную световую статую позади. Лицо этого заоблачника Стеф помнил даже лучше лиц собственных родителей – настолько часто его изображения мелькали тут и там. Баэрдод Путеводный, судя по грандиозным статуям, был тем еще гордецом, хотя его и старались изобразить так, словно он нес добро и Свет в этот мир. Заоблачник был одет словно аскет – в просторный подпоясанный балахон с высоким воротником. В его эру так было принято одеваться, хотя Стеф мог и ошибаться – первые времена истории заоблачников он изучал не глубоко. Он вообще мало вдавался в хронологию, там были целые миллиарды лет событий со своими постоянными сменами режимов, расколами, гражданскими войнами и прочими радостями жизни, уместившимися в двадцать восемь эр, считая нынешнюю. И ладно знать эры с их ключевыми событиями, но выучивать еще и эпохи каждой? С ума сойдешь.