Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти - Галина Гончарова Страница 613

Свечение все усиливалось, и я отошла на пару шагов. Незачем искушать людей. Не хочу проверять, что будет, если столкнуть меня в эти ворота.

Хотя Клара и не собиралась. Судя по ее лицу, ей уже все было безразлично, кроме слабого силуэта, медленно, как старая фотография, проявляющегося в створке ворот.

Прошло несколько минут, прежде чем Диего стал отчетливо виден.

И я отошла на несколько шагов в сторону. Отвернулась и уселась на поляну, обхватив руками колени.

Хотелось выть. В лучшем случае. В худшем – еще и кататься по земле, колотясь головой о корни. В двух голосах, к которым я не прислушивалась, чтобы не нарушать обещания, ясно слышалась любовь. Оказывается, бывает и такая. Конечно, Клара сошла с ума, когда я убила ее любимого человека. А я? Может, я тоже безумна? Даниэль мертв. И я даже поговорить с ним не могу. Откуда-то знаю: зови, не зови – не придет. Слишком далеко и резко он ушел. И где он теперь?

Не знаю.

Знаю только: кричи, не кричи – не отзовется. Хоть и любил меня не меньше, чем эти двое друг друга. Иначе не оставил бы мне свою искру таланта. Для нелюбимого такое не сделаешь.

В спину толкнуло порывом ветра. Словно напоминая:

«Пора! Долго тудане заглядывают!»

Туда – куда? Рай? Нет. Рай был виден по-другому. Даже не рай, а место, куда попадают чистые душой, пока не настанет время нового перерождения. Это я знала. Туда я проводила Влада.

Ад?

Да есть ли он вообще?

Я потрясла головой. Так что же это за место?

Чистилище, перед тем как отправить души в новое перерождение? Не по христианской вере, но это действительно ощущалось… правдой.

Именно ощущалось. Надо будет как-нибудь попробовать затащить сюда Мечислава и подробно поговорить. Что он ко мне чувствует, чего хочет, чего не хочет…

Я развернулась и пошла обратно. На этот раз я могла пристально рассмотреть Диего. Так вот ты какой, северный олень. Ну что тут скажешь? Симпатичный. Этакий испанский гранд, только молодой, лет двадцать – двадцать пять. Растрепанные черные волосы, короткая бородка, скульптурные черты лица, атлетическая фигура. В чем-то не хуже Мечислава.

Клара смотрела на него таким взглядом… Она бы не променяла этого типа и на трех Мечиславов, перевязанных ленточкой.

Первым слово взял Диего.

— Здравствуй, моя смерть.

— Попрошу не приватизировать, – огрызнулась я. – Не был бы хамом, не прибили бы.

— И в чем это я был хамом?

— А что, стрелять по колесам – это вежливо?

— Так не по людям же! А мог бы!

— Не мог бы. Тебе же Рамирес приказал меня взять целой и невредимой?

— Да.

— А кто еще…

Я хотела расспросить о многом, но протестующе взвыл ветер. Тяжелая шишка упала рядом с моими ногами, игнорируя тот факт, что ближайшая сосна была метрах в десяти от меня.

— Поговорили? Тебе пора уходить. Я должна закрыть переход.

Взгляд Диего был… странной смесью надежды и ненависти. Клары – умоляющим.

— Ты не можешь отправить меня к нему? Я пожала плечами.

— Туда отправить несложно. А ты этого правда хочешь?

Это не рай. Вам еще долго мучиться придется.

— Плевать. Лишь бы вместе.

— Вместе – но в каком месте? Это будет долго и больно, я тебе точно говорю.

Клара затрясла головой, насколько позволяли одуванчики.

— Все равно. Я хочу к Диего. Очень хочу. Ты сможешь это сделать?

Героиня-камикадзе. Сама под гильотину лезет. Но отговаривать я ее не собиралась, только уточнить еще раз.