Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти - Галина Гончарова Страница 610

Не знаю. Но что-то внутри меня требовало не издеваться, а получить нужное – и убить. Быстро и милосердно. Все равно она уже мертва. С того самого момента, как умер Диего. Как и я. Юля Леоверенская умерла вместе с любимым. А то, что рождается, – оно… она совсем другая…

— Ты! – взвизгнула Клара, заметив меня. – Ты что, сдохла?!

— Не дождешься.

— И будешь после смерти мне тоже гадить?! – продолжала девица. Потом услышала, что я сказала, и завопила еще громче: – Что происходит?! Я что, еще жива?!

— А это зависит от меня, – протянула я. И это была правда. Клара чувствовала ее в моем голосе. – Могу отпустить, могу убить. Ну что? Будешь говорить, или тебе что-нибудь оторвать? – оскалилась я, приближаясь к ней.

Клара извивалась и поливала меня отборной бранью. А я внимательно разглядывала спутанную женщину. Что же не так? Почему я Влада и Питера видела, как они есть, а эта словно припорошена серой пылью? Ничего не понимаю! Что же это такое с ней?!

Клара еще яростнее обматерила меня. И вдруг пришло осознание. Как мало надо, чтобы мозги встали на место, а?

Безумие.

Она безумна. И эта серая пыль – ее безумие.

А смогу ли я что-то с этим сделать? Какой смысл говорить с сумасшедшей? Дурака учить – что мертвого лечить. А дурака лечить?

Чем можно убрать эту пыль? Пылесосом? Тряпкой? Руками смахнуть?

Но дотрагиваться не хотелось. Зря ли говорят, что безумие заразно?

Я огляделась по сторонам.

— Эх, ветерка бы…

Над телом лежащей лисицы прошелестел легкий сквознячок. Пыль слегка облетела на траву. То есть можно попросить? Словами? Попробуем!

— Скажите, а можно, чтобы сильный ветер сдул с нее эту пыль – и унес куда подальше? Чтобы я ей не надышалась? Пожалуйста!

Этого хватило.

Порыв ветра растрепал мне волосы, хлестнул по глазам. Я поморщилась. Но Кларе пришлось намного хуже. Ее обрабатывало, как пылесосом из рекламы, где внутрь засасывается все, что только можно. Ветер дул от меня, и я могла наблюдать, как с лисицы сносит всю серую пакость.

Прошло минут пять, прежде чем от пыли не осталось и следа. К сожалению, от веревок тоже. Ветер стих. Теперь я могла и поговорить с Кларой, но предусмотрительно держалась на расстоянии в пять шагов. Они меня не спасут? Но это моеместо. И моясила.

— Ты меня понимаешь?

Клара метнула на меня презрительный взгляд.

— Ты что, Леоверенская, сдурела? С чего это я тебя не понимаю?

Уф-ф-ф-ф-ф! Адекватна. Будем договариваться.

— Это что? – внезапно спросила лисица. – Рай? Ад?

Я закатила глаза. М-да. Не за сообразительность Диего ее выбирал. Точно.

— Это такое специальное местечко, куда попадают особо тупые, – «объяснила» я. Мне даже издеваться не хотелось. Не из-за моих высоких духовных качеств. Просто когда сама мало знаешь, знатока из себя строить глупо. Но я была зла. Сколько проблем из-за этой швабры!

— Так ты что, и после смерти мне досаждать будешь?! Я фыркнула.

— Да жива ты! Жива!

— Но… я же остановила сердце! И врача там не было! Никто бы не успел!

— Я успела, – снисходительно объяснила я. – Я же говорила, что не дамтебе умереть. Ты не заслужила легкого ухода. И уйти к своему Диего сможешь, только когда я тебя отпущу.

По мере моих разъяснений лицо Клары менялось: от ошеломленного – к злобно-истеричному.

— Ах ты гадина! – взвизгнула она. И бросилась на меня.