Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти - Галина Гончарова Страница 567

Он встал с кушетки и одним слитным движением выскользнул за дверь. Та даже не шелохнулась.

Медичка несколько секунд стояла как вкопанная, потом взвыла что-то невнятное и бросилась вслед за вампиром. Виктор Аркадьевич ловко набросил мне на плечи халат.

— Идемте, Юля.

Я кивнула и вышла вслед за врачом из кабинета.

— Боюсь, что девушка уже у вас не работает, – вздохнула я.

Виктор Аркадьевич пожал плечами.

— А вам жалко?

— Нет.

Я не стерва, просто она первая начала.

— Вот и мне нет. Эта зараза тут всех достала. Ее и взяли-то потому, что у нее тетя здесь главбушкой работает.

— Полагаю, что с сегодняшнего дня не работает. Ничего, Мечислав новую подыщет, – махнула я рукой.

Врач вежливо приоткрыл передо мной дверь в процедурный кабинет. Я поблагодарила кивком, прошла и села на кушетку.

— Тем лучше. Меня эта трепетная фиалочка уже достала по самое дальше некуда, – Виктор Аркадьевич был безжалостен, как настоящий медик. – Блатная девушка, что тут еще скажешь? Ходячая головная боль. То она пациентов перепутает, то врачей, то карту потеряет, то нахамит кому-нибудь… А уж как она уколы делала! Вы ее ногти видели?

Я пожала плечами.

— Симпатичный маникюр.

Девушка предпочитала нейл-дизайн в стиле «кровавых пальчиков» – длиннющие, сантиметра три, когти пожарно-красного цвета. Естественно, с росписью и стразами. Жуть.

— Она этим маникюром человек пять ободрала, когда спиртом место укола протирала. Мы ее с таким трудом выставили на ресепшен, чтобы хоть работу не губила…

— Теперь можете расслабиться, – махнула я рукой. – Мечислав не зверь, убить не убьет, но в медицину эту дамочку больше не возьмут. Если только полы мыть на полставки.

— Хорошая идея, – хохотнул врач. – Но лучше вообще ее убрать отсюда.

— Уберем. Вместе с теткой, – пообещала я.

За те несколько минут, в которые мы обсуждали ногти, Виктор Аркадьевич успел осторожно промыть мне руки чемто желтым.

— Такое ощущение, что вам в руки иголки втыкали, – поделился он впечатлениями. – Или вы рылись в снегу…

— Летом?

— Юля, меня это не касается. Передо мной пациент. Я врач. И собираюсь выполнить свои обязанности. А с допросами – к вашему другу.

Мужчина улыбнулся лукаво и весело. И я впервые пригляделась к его ауре. Хорошая. Желтая, голубая, зеленая, белая.

И с серебряным рисунком. Ёё-ё-ё-о-о-о-о!

— Вы тоже оборотень?

Виктор Аркадьевич не стал ни смущаться, ни притворяться.

— И я, и кое-кто из руководства клиники, и моя жена.

И, я надеюсь, мои дети тоже будут оборотнями. Если вы и правда сможете продлевать беременность у наших женщин.

— А, так это вы ко мне просто подлизывались, – «прозрела» я.

— Не-а. Я налаживал личные контакты с непосредственным начальством, – парировал оборотень.

Я фыркнула – и тут же взвизгнула, потому что оборотень плюхнул мне на руки какую-то прохладную мазь.

— Зачем?!

— Надо. Ну-ка, помажьте ее сами, как будто кремом.

— Слушаюсь и повинуюсь, – пробурчала я, принимаясь размазывать жирную пакость.

— Интересно, Кудряшка, а я таких приятных слов от тебя когда-нибудь дождусь?

В дверях стоял Мечислав.

— А что, вам женщин мало? – огрызнулась я.

— Женщин – много. Ты – одна. Единственная и неповторимая.

— Я такая, – гордо согласилась я. – А что там с блондинистой куклой?

— Пришлось уволить. Кстати, надо будет завтра прислать сюда своего бухгалтера. Пусть посмотрит документы, и будем подбирать нового.