Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти - Галина Гончарова Страница 533

Это переполнило чашу моего терпения. Пустоцвет? Пустобрех! Я вскочила с места.

— Я знаю, что некоторые духовники вместо помощи в борьбе со злом вмешиваются в личную жизнь духовных чад, навязывая им те или иные жизненные решения: где работать, с кем жить и т. д. Что вы можете сказать об этом?

— Это недопустимо. У нас в обители есть хорошие духовники. Это действительно опытные батюшки, а не те молодые люди, которые вчера рукоположились, а сегодня уже имеют штат келейников и десятки, если не сотни духовных чад из числа неофитов, видящих в своих пастырях столпов православия. И уж конечно, священник не имеет права как-то диктовать своему духовному чаду, что ему или ей делать и как жить…

— Конечно, при условии соблюдения заповедей?

— Заповеди – это краеугольный камень нашей веры.

— А слова вашего же Христа имеют значение?

— Что вы имеете в виду, дочь моя?

— Ну вот, например, Христос выгнал торговцев из храма. А у вас в церкви торгуют. Христос говорил, что все равны – ни эллина, ни иудея, – а сколько евреев перерезали в Средние века. И даже сейчас вы их не любите. Чуть что, сразу визг поднимается: жидовский заговор, жидомасонство… А если ктото принадлежит к другой… национальности или обладает не совсем нормальными способностями? Сразу же отторжение?! Колдун, ведьма, оборотень…

— Юля! – Рокин, возникший словно из воздуха, схватил меня за плечо. – Я думаю, об этом мы поговорим потом. Прошу прощения, братья…

И выволок меня за дверь.

— Юля, ты с ума сошла – говорить о такомв церкви?!

— Рокин! Я вам рога поотшибаю! – разъяренной коброй зашипела я. – Вы меня пригласили поговорить или лекции послушать?! У меня времени нет на эти глупости!

— А если бы я честно сказал про лекцию, вы пришли бы?

— Нет. И вообще у ваших пастора и попа на редкость неприятные ауры. Такие… протухшие.

— А вы видите ауры?

— Вижу. Вот и вашу сейчас тоже.

— А…

— Золотисто-желто-оранжевая с красным и голубым. Что означает – не знаю. Если толковать по вашему журналу, получается слишком расплывчато. Мне надо больше литературы. А ваши попы почти все красно-коричневые с оранжевым. Ни желтого, ни белого. Серые тона по всей ауре, у них болячек по самое это самое. Есть черные и такие грязно-лиловые, грязно-пурпурные тона. Очень противное ощущение от одного взгляда. Вы что-нибудь мне нашли?

— Да, но мало. Вот, возьмите.

Я сунула в сумочку диск, буркнула «мерси боку» и направилась к выходу. Рокин не отставал.

— Юля, неужели вам не было интересно?

— Нет.

— Совсем-совсем?

— Ну ладно. Но только чуть. Хотя я надеюсь никогда не сталкиваться с бесноватыми.

— А вы могли бы справиться?

Я пожала плечами. А перед глазами встал Влад – уходящий к своей семье, на небо…

— Для этого нужны другие способности. Мне так кажется.

— Вы и сами не знаете своей силы.

— А вы знаете?

— Не знаю. Но могу помочь вам разобраться.

— На части? – ехидно поинтересовалась я. Рокин смутился.

— Юля, я же не в том смысле!

— А в каком? Не знаю, но делаю? Чините сантехнику с таким подходом!

Рокин понял, что я зла, и перешел к делу.

— Я могу проводить вас к человеку, который тоже видит ауры.

И для этого мне придется тащиться куда-нибудь в Оптинскую пустынь или пустошь? Или еще подальше – например, в Сибирь? Щаз-з-з!

— Он здесь?

Рокин не стал вилять.