Попаданка с секретом. Заноза для его сиятельства - Алиса Шалье Страница 51

​— Мой... любимый... кризис-менеджер... — едва слышно выдохнул он, и его глаза снова закрылись.

Победа

​«Не смей закрывать глаза», — мысленно приказала я то ли ему, то ли самой себе.

​Мой внутренний кризис-менеджер вышвырнул из головы все инструкции по технике безопасности. Я навалилась на грудь Нормана, прижимая обе ладони к рваной ране на его плече, от которой расползалась черная ядовитая паутина. Мой собственный резерв был практически пуст после пробуждения Древа Жизни, но я отказывалась фиксировать убытки.

​Я потянулась к самым глубоким, скрытым ресурсам своей магии. Зеленоватое свечение вокруг моих пальцев замерцало и уплотнилось, превращаясь в чистую, обжигающую энергию Жизни.

​— Я не дам тебе уйти в минус, Князь, — прошептала я, стискивая зубы.

​Я буквально вцепилась магией в отравленную кровь Нормана и потянула на себя. Это было похоже на попытку вытащить голыми руками раскаленный гвоздь. Яд сопротивлялся, обжигая мои ментальные щиты, но я тянула и тянула, перекачивая тьму в себя и тут же нейтрализуя ее остатками экстракта Болотного Шептуна, который втерла в собственные ладони.

​Черная паутина на его алебастровой коже дрогнула, остановилась и медленно поползла вспять. Капля за каплей, яд покидал его тело. Когда последняя черная искра выгорела под моими руками, я бессильно рухнула на прохладную каменную плитку рядом с ним. Дыхание Нормана выровнялось. Глубокий обморок перешел в целительный сон.

​В этот момент двери оранжереи с грохотом распахнулись. Во внутренний двор ворвалась королевская стража и мрачные фигуры Инквизиции в алых плащах. Защитный контур столицы сиял над нами ровным, непробиваемым куполом, а гниль рассыпалась в серую пыль.

​Командир стражи подлетел к бесчувственной Лиане. Бывшая фаворитка открыла глаза — теперь абсолютно пустые, лишенные даже искры магии.

​— Леди Лиана, вы обвиняетесь в государственной измене, саботаже и покушении на убийство, — чеканя шаг, произнес командир. На запястьях Лианы сухо щелкнули антимагические кандалы. — Ваше имущество подлежит полной конфискации.

​Мой внутренний аудитор мысленно поставил жирную галочку в графе «ликвидация конкурентов». Я прикрыла глаза и позволила тьме забрать меня.

​Я проснулась от того, что по моей щеке скользнуло что-то невероятно нежное и прохладное.

​Я лежала на широкой кровати в наших столичных покоях. Солнечные лучи пробивались сквозь восстановленные витражи. Пахло свежим снегом и цветущими яблонями.

​Рядом, прямо на краю постели, сидел Норман. Он был одет в простую белоснежную рубашку, его плечо было туго перебинтовано, но серые глаза смотрели ясно и пронзительно. В них больше не было того снисходительного льда, с которым он смотрел на меня в начале нашего знакомства. Там было абсолютное, безоговорочное признание.

​— Доброе утро, мой бессменный антикризисный управляющий, — его голос дрогнул теплой хрипотцой, когда он поцеловал мою ладонь. — Лекари сказали, что ты проспишь еще сутки. Но я должен был знать, что ты... что мы...

​Я слабо улыбнулась, садясь в кровати и потягиваясь. Тело ныло, но душа была легкой, как перышко.

— Мы стабилизировали рынок, Ваша Светлость. Но наше партнерство всё еще расторгнуто, если вы помните. Я оставила вам акт на столе.

​Норман тихо рассмеялся. Этот звук — искренний, глубокий — стоил всех пережитых кошмаров. Он потянулся к прикроватной тумбочке и достал оттуда небольшую бархатную коробочку.