Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти - Галина Гончарова Страница 490

— И как твой хозяин я должен увидеть тебя заранее, во всей красе. Я не могу позволить тебе самостоятельно выбирать одежду для такой важной встречи.

Это уже слишком.

— Когда мы вели переговоры с Андрэ, тебя это не останавливало! И вообще, мой вкус не хуже твоего.

— Зато твой гардероб гораздо хуже того, что могу предложить я.

Ну да. Сперва одежда, потом что-нибудь еще. Тетенька, дайте попить, а то так есть хочется, что ночевать негде. Мой самоконтроль начал трескаться по швам.

— Я обещаю не ехать на встречу с Рамиресом в стрип-бикини и с конским хвостом на макушке. Согласна на визажистов, но не на парикмахера и модельера. Этого довольно?

— Нет, Кудряшка. Не довольно.

— Что?! – окончательно взбесилась я. – Да какого дьявола?! Что ты вообще себе позволяешь?! Я тебе что, игрушка?!

— Нет. Ты мне фамилиар. И Рамирес должен увидеть моего фамилиара – привлекательную женщину, которая подчеркивает мою власть и мое положение среди вампиров, а не школьницу в нарядах из третьесортного магазина и детских фенечках из бисера.

Не в бровь, а в глаз. Действительно, мои наряды – из магазина распродаж. Но какая разница?! Если платье мне идет и отлично смотрится, то какая разница, стоит оно сто рублей или пять тысяч? Я же все равно прелесть? Как он вообще смеет?! Влез в мою жизнь, напакостил, испортил все, что только мог, и даже то, что вроде бы не мог испортить, а теперь еще и условия диктует?!

Вампир снисходительно улыбнулся, и это стало последней каплей.

Я бросилась как кошка, пытаясь попасть ногтями ему в глаза.

— Сволочь!

Ругаться – все, что мне оставалось. Потому что Мечислав извернулся всем телом, словно живая волна, и перехватил мои запястья. Еще одно, почти неуловимое движение, и я оказалась плотно прижата к кровати. Вампир не наваливался на меня всем телом, он просто вытянул мне руки над головой и прижал ноги коленом так, что я могла только извиваться, как червяк. Даже кусаться не получалось. Зубы не доставали.

Ну и ругаться. Но мой словарный запас не слишком вампира впечатлял.

— Лапочка, ты ведешь себя как избалованный ребенок.

— Ублюдок! Скотина! Тварь зубастая! Ненавижу!

Что-то большее мне было просто трудно выговорить. Аромат меда, цветов и, кажется, спелых яблок дурманил, тело вампира нависло в опасной близости над моим, а его дыхание чуть шевелило пряди волос у меня на виске. Его губы были так близко, слишком близко…

— Неправда. Ты сама пока не знаешь, что чувствуешь. Но в твоем сердце нет ненависти ко мне. И никогда не было…

Одной рукой Мечислав продолжал удерживать мои запястья так легко, словно я была двухлетним ребенком, а вторая рука скользнула вниз, к вырезу рубашки.

— Рискни здоровьем, – прошипела я. – Богом клянусь, никакая сила меня не выпихнет из дома, если ты это сделаешь.

— Что «это», Кудряшка? Займусь с тобой любовью? Да, ты будешь ужасно ненавидеть меня. Минуты три. А потом страсть захватит тебя, и ты больше не будешь ни думать, ни сопротивляться.

Я смотрела в глубокие зеленые глаза и понимала, что он прав. Еще немного, и я не смогу даже контролировать себя. Тонкие и удивительно сильные золотистые пальцы медленно обводили вырез рубашки, пока не прикасаясь к коже. Буквально миллиметром выше – и я бы узнала, каково это, когда я… и Мечислав… когда он прикасается к моей обнаженной коже…