Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти - Галина Гончарова Страница 488

— О чем будем разговаривать? Что мы еще не договорили при встрече?

— Ты себя слишком плохо чувствовала. Как твои дела сейчас?

— Лучше. Что мы еще не обсудили?

— Многое. Но я рад, что смог войти в твой сон.

— А раньше ты этого не мог?

— Кудряшка, это возможно, только если у тебя есть силы и ты сама хочешь меня видеть.

Я криво ухмыльнулась.

— Просто мечтаю. В гробу и в белых тапочках.

— Одно твое слово, Кудряшка. Это ведь мой сон, и здесь все мне подвластно.

На ногах вампира медленно начало проявляться что-то белое.

— И это слово «нет».

Белое марево растворилось в воздухе.

— Очень жаль. А ты точно не передумаешь?

— Я не передумаю, даже если ты здесь коноплю посадишь вместо маков.

— Хорошая идея. Надо попробовать.

Очень хотелось съязвить, что свои чары ослабли, теперь еще и наркоз нужен, а то жертвы сопротивляются, но я коекак промолчала. И уселась на край дивана.

— Ложись рядом, детка.

— Много чести.

— Да неужели? А кого ты считаешь достойным этой чести – теперь?

Но если Мечислав и надеялся уколоть меня моим плохим поведением, он зря старался. Я пожала плечами.

— Мы это уже обсуждали. Что ты еще хочешь услышать?

— Твой потрясающе музыкальный и нежный голос. Я бы слушал его всю жизнь.

— Всю смерть, – ехидно поправила я. – Вампиров же нельзя назвать живыми, так?

— Согласно твоим справочникам, которые выпускает ИПФ, нас вообще надо уничтожать. Вот об ИПФ я и хотел поговорить. Я вышел из себя и многое не успел сказать.

— Слушаю внимательно.

— Будь завтра осторожнее с Рокиным.

Вот спасибо! А я-то собиралась броситься ИПФовцу на шею и во всем покаяться! Хотя кое-что рассказать придется.

— Да я вообще-то и так собиралась. А ты с ним знаком?

— Нет. Просто я о нем знаю.

— Что именно и откуда?

— Лапочка, это теперь мой город! Конечно, я должен знать обо всех ИПФовцах, которые здесь живут.

— Несомненно. Но Рокин не похож на фанатика. Почему он в ИПФ?

— Потому что хочет отомстить.

— За что?

— Ты слишком любопытна, Кудряшка. И смысла рассказывать тебе эту историю я не вижу. Еще тебе не хватало жалеть этого ИПФовца.

— В переводе на русский язык – «что ты дашь мне за этот секрет»?

По красивым губам скользнула легкая усмешка. Естественно, не обнажая клыков. Столетние вампиры так не делают. Показывать клыки – моветон. Хотя мне очень нравилось, когда Даниэль улыбался искренне, от души, показывая не только клыки, но и часть других зубов. И пусть в кино зубы вампиров выглядят не очень красиво, Даниэля я никогда не боялась. Для того чтобы внушать страх, он был слишком человечным.

— Опять ты о чем-то задумалась, Кудряшка.

Я тут же окрысилась. Девушке не надо много думать, а то вешать ей лапшу будет сложнее?

— И что? Ты уже решил, что я должна за досье на Рокина?

— Да, вполне.

— Надеюсь, не поцелуй?

— Что ты, я бы не осмелился…

Я фыркнула. Не осмелился бы он! Стеснительный семисотлетний вампир! Держите меня семеро, а то от смеха помру! Особенно после нашего столкновения в реале. У меня губы с утра будут выглядеть, как гусеницы от трактора, а он сте-есняется…

— А что тогда?

— Ложись рядом, обсудим.

Я помотала головой. Нет уж, вампиру только пальчик дай – и не заметишь, как челюсти руку по плечо заграбастают.

— Настолько я получить это досье не хочу.

— Ладно, – неожиданно легко согласился Мечислав. Странно, обычно он так просто не отказывается от попыток соблазнения. – Теперь о деле.