Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти - Галина Гончарова Страница 484

— Молча.

— Да уж, сил у тебя ни на что другое не хватит. А теперь об этом твоем сопляке.

— Сереже.

— Наглой роже! Молчи, женщина! Ты хоть понимаешь своим куцым умишком, что я должен его убить?!

— Нет!

Полотенце отлетело в сторону, и я попыталась выпрямиться на диване. Мечислав расхаживал по ковру, как ягуар в клетке. Или черная пантера. Такая же зеленоглазая, прекрасная и смертельно опасная для окружающих.

— Как Князь города я обязан охранять свою собственность. Это не мои садистские наклонности, а просто правила. И если я не буду соблюдать их, меня разотрут в порошок мои же подданные. Я полгода не могу получить то, что этот мальчишка получил в один день. Поэтому я должен его убить.

— Нет!

— Придумай что-нибудь другое. Ты должна была думать раньше, до того как лечь с ним в постель! Думаешь, у Рамиреса нет здесь своих шпионов?! А у Ивана Тульского?! Объясни им, почему я проявил слабость!

— Вы можете просто разрешить мне гулять на стороне.

Разве нет?

— Нет. Ты же сама не захочешь оказаться на ночь в постели с кем-нибудь из приехавших вампиров. У Рамиреса, да и у Князя Тулы вовсе не такие простые вкусы, как у меня.

— Разве?! – ко мне возвращалась ирония. Я провела пальцем по жутко распухшим и болящим губам.

— На это ты сама напросилась. Обычно я не поступаю так с женщинами, если им это не нравится. Зато Ивану Тульскому нравится причинять женщинам боль. Что-нибудь ломать или отрезать. Плети, хлысты, бичи, раскаленное железо – все идет в ход. Его возбуждает роль палача, знаешь ли. Тебе не хочется пару часиков повисеть на дыбе, пока тебе будут загонять иголки под ногти и насиловать, не обращая внимания на боль в вывернутых суставах? Нет? Странно. Слишком часто ты провоцируешь на трепку даже меня. Когда приедут наши гости, я планировал сказать, что ты только моя. И ни с кем делиться я не буду. В ближайшие лет пятьдесят, пока не пройдет первая эйфория обладания, а то и дольше. И как я скажу это сейчас?

— Но ведь никто не знает!

— Никто? После того как этот болван вышел из твоей квартиры с таким видом, словно меда наелся?! После того как он напевал на лестнице «Жениха хотела, вот и залетела…»? Да еще и это!

Вампир помахал в воздухе листочком из тетрадки.

— Что это?!

— Я к вам пишу, чего же боле…

— Такая вот дурачья доля, – машинально продолжила я.

— Именно! Он благодарит тебя за замечательный вечер и выражает надежду на множество таких же вечеров. Нравится?!

— Нет.

— И мне тоже! Если ты решила вести себя как дешевая шлюха, почему хотя бы не выбрала более подходящий момент?!

Упс! А правда, почему? Что вообще на меня нашло?

— И мне хотелось бы это знать.

— Я что, говорю вслух?

— У тебя слишком выразительное лицо для фамилиара.

Раньше ты вела себя более сдержанно.

— А вот с тех пор, как стала фамилиаром, – не могу! Так и хочется кого-нибудь прибить, – огрызнулась я. И тут до меня дошло: – А ведь этот мальчишка подвернулся мне на следующее утро после встречи с вами… И эмоции, которые я испытывала, были мне несвойственны… Такие… холодно-отстраненные…

— Полагаешь, что я воздействовал на тебя?

— Не знаю. А было? Только не надо мне врать!

Я впилась глазами в лицо вампира. Напрасно. Разве по этой золотой маске что-нибудь прочтешь? Да никогда! Но вот проскользнула тень раздумий.