Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти - Галина Гончарова Страница 448

— Потому что я к тебе ничего не чувствую. А почувствовать мне не позволят.

— Кто?

От необходимости отвечать меня избавил звонок телефона.

— Собирайся и выметайся. Скоро мои предки придут. Я подняла трубку.

— Да?

— Юлия Евгеньевна?

— Да. А…

— Это Константин Сергеевич.

— Вы получили мое сообщение?

— Да. Юля, вы не возражаете, если я к вам заеду завтра в час дня?

— Что вы. Буду ждать.

— У вас найдется достаточно времени?

— Достаточно – это сколько?

Я старалась быть деловитой и серьезной. Очень старалась, но получалось плохо. И интонации не те, и голос подрагивает… мне тяжело пришлось. И собеседник все это отлично понимал.

— Нам надо обсудить очень серьезную проблему.

— По телефону вы никак не можете мне сказать, что произошло?

— Нет. Простите.

— Бог простит, а черт не осудит. Константин Сергеевич, я вас буду завтра ждать. До свидания?

— До свидания.

Сережа уже стоял в коридоре.

— Я зайду завтра?

— Нет.

— А послезавтра?

— Нет.

Игривый тон сменился недоуменной гримасой.

— А…

— Я не могу встречаться с человеком, который такотносится к доблестной российской армии, – печально провыла я. – Прощай! Не вспоминай лихом, вспоминай водкой.

И ловко выпихнула растерявшегося парня на площадку. Так-то.

Я огляделась вокруг. Что ж, это романтическое свидание Сережа запомнит надолго. И я вдруг расхохоталась как сумасшедшая. Что я обещала мальчику? Незабываемые впечатления? М-да. Интересно, если бы Джульетту стошнило прямо на Ромео, когда он страдал под балконом, – что бы написал дедушка Шекспир? Уж точно не трагедию.

Теперь прибраться как следует, потом еще раз в душ – и одеваться. Оборотни могут и пораньше заехать. Вольпы – ребята обязательные.

Уборка заняла еще около часа. Одежда – минут пятнадцать.

Я не стала привередничать с одеждой. Если кто не знает, инициация нового оборотня проводится либо при форс-мажорных обстоятельствах абы где, либо, если все запланировано, – в лесной глуши, где даже лесники не ходят. Или ходят, так как лесниками там тоже оборотни.

Ой, не просто так по Руси легенды о лесниках ходили…

Я натянула простые джинсы и футболку, которую уже было не жалко, зашнуровала кроссовки и на всякий случай прихватила ветровку. Перекидала мелочи в рюкзачок и набрала дедушкин мобильник.

Как мне не хотелось этого разговора! А надо… Позарез надо.

— Леоверенский.

— Дед, это я.

— Юлька? Что случилось?

Каково? Никаких «о природе, о погоде…». Сразу к делу.

— Ты сейчас один или с мамой?

— Мы телевизор смотрим.

— Тогда лучше выйди, чтобы мама не слышала.

— Минуту.

Я послушно ждала. Наконец дед опять появился в сети.

— Итак?

— Дед, ты там сядь, ладно?

— Давай, говори, куда вляпалась.

— Я – никуда. Славка объявился.

— Кто? – не сразу среагировал дед. Пришлось пояснить.

— Мой блудный брат, а твой гулящий внук.

— И чего он хочет? Прощения и возлюбления?

Ехидства в голосе деда хватило бы на батальон КВНщиков.

Я фыркнула.

— Этого бы и я отвесила. Но ему нужна помощь. Материальная.

Молчание. Потом из трубки понесся такой мат… Истинно солдатский. Я аж заслушалась.

— И это все, что он… хочет?!

— Дед, я ему это уже сказала, – вклинилась я. Дед перевел дух.

— Извини, Юленок. Увлекся.

— Ничего, я это уже слышала.

— Ладно… Слышала одна такая. Я надеюсь, ты подобным образом не выражаешься?