Последний выживший самурай. Том 2 - Сёго Имамура Страница 43

«Не говори при девчонке».

Никто точно не знал, что произойдёт в Токио, однако была вероятность, что им придётся убивать друг друга, пока в живых не останется один. Даже если Сюдзиро не даст Футабе войти в Токио, поединков с братьями и Кёдзином не избежать. Они оба понимали это и не хотели волновать девочку.

— Будет лучше, если мы покончим со всем до прибытия в Токио, – продолжил Кёдзин.

Он говорил про Гэнто-сая, такого сильного противника лучше не оставлять на потом.

— Ты прав. Итак, каковы твои условия?

— Никаких. Мне нужны только деньги, о которых мы договаривались изначально. И всё.

— Хорошо.

Награда, судя по всему, не прельщала ни Сикуру, ни Ироху. Сюдзиро грела мысль о спасении семьи и деревни, Футаба мечтала лишь исцелить мать – их скромные желания делали союз предсказуемым и надёжным.

— Так, значит, тот парень, которого я видел перед Минакути, – твой братишка Сикура? Если уж вы вдвоём не справились с Гэнто-саем, он то ещё чудовище… – Кёдзин подпёр кулаком подбородок. – Нет, я, конечно, видел, что старикан сильный, но не настолько же.

— Наверняка он скрывал силы. У наследников в этом нет необходимости.

— Понятно.

— Если захочешь отказаться, я не буду отговаривать.

— Не, я помогу. К тому же сражаться в лоб – не единственная тактика? Наша-то главная задача – действовать, пока нас не засекли. – Кёдзин провел пальцем по горлу и рассмеялся.

— А у вас что случилось? – настала очередь Сюдзиро расспрашивать.

— Плохо всё. Скажи же? – Кёдзин повернулся к Синдзиро, который кивнул с напряжённым лицом.

Расставшись с Сюдзиро и Футабой, он отвёл Акаяму Сотэки и Кавамото Торамацу в полицейский участок, чтобы выяснить, что происходит после того, как участники выбывают из игры. С Акаямы он снял жетон, а у Кавамото оставил.

— Обоих заставили признаться в убийстве.

Что, в общем-то, не было ложью. Оба участвовали в кодоку, и руки их были запятнаны кровью. С другой стороны, Синдзиро, который следовал за Бамбой, своими руками никого не убивал. Честно говоря, в нём не было решимости, нужной для подобных зверств. Он сумел дойти до Куваны, получая свою долю жетонов от головорезов лишь потому, что те ценили его за внимание к мелочам.

Удивительно, но, когда настало время тянуть жребий, судьба наказала по всей строгости как раз тех двоих, кто действительно был виновен.

— Даже снаружи было видно, что в участке поднялась шумиха.

Кёдзин наблюдал за происходящим издалека. Весть о том, что привели двоих убийц, видимо, тут же взбудоражила полицейский участок. Для допроса их, скорее всего, заперли в камере. Обратно они так и не вышли.

— А спустя несколько часов суета стала лишь сильнее.

Изнутри доносились топот и крики, а вскоре из участка выскочило с десяток взбудораженных полицейских. Разделившись на три группы, они бросились прочёсывать окрестности. Спроси Кёдзин, что произошло, это вызвало бы вопросы. Поэтому у него созрел план.

— Я решил пробраться внутрь и посмотреть, что там происходит.

— И ты смог? – уставился на него Сюдзиро.

— Обижаешь. Я же из Ига-досин[48], – фыркнул Кёдзин.

— Прокрался?

— Зачем? Зашёл в открытую, – беспечно ответил он.

Перед визитом в полицейский участок Кёдзин заставил врача Акаяму облачиться в подготовленное кимоно, а сам надел его западный костюм, чтобы притвориться чиновником.