Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти - Галина Гончарова Страница 365

— Тебе не кажется, что нам нужно кое-что уточнить? – спросила я.

Вадим кивнул, но промолчал. И мне пришлось первой начать разговор.

— Ты оглушил меня тогда. Почему?

Вампир не стал уточнять, когда именно. Он молча кивнул. И только через несколько минут заговорил.

— Юля, я вампир из вертикали Мечислава. Ты это знаешь.

— Ну да.

— То, что ты хотела сделать в тот момент, было самоубийством. Более того – ты бы убила и меня, и Бориса. Я не хотел этого. Я пытался остановить тебя. И у меня была только одна возможность.

— Ты ведь знал, что они убьют Даниэля?

— Я догадывался, – не стал кривить душой вампир. – Прости, но своя шкура для меня всегда была дороже. Прожив пару столетий, как-то привыкаешь жить дальше.

Я кивнула, принимая его объяснения.

— Скажи, Даниэль действительно не страдал?

— Ему не было больно, – отозвался Вадим. – И еще. Когда я тебя оглушил, он попросил у Рамиреса разрешения поговорить со мной.

— Ему разрешили?!

— Да.

— И что он сказал?! Вадим опустил ресницы.

— Юля, он просил передать тебе, что любил понастоящему, что судьба разлучила вас, но он надеется, что ты будешь его помнить и что если хватит сил, он передаст тебе подарок на прощание.

Я нахмурилась.

— Подарок на прощание?

— Я не знаю, что он имел в виду, – передернул плечами Вадим. – Если честно, я бы лучше промолчал.

— Ты не промолчал.

— Да. Юля…

— Да?

— Юля, не сердись на шефа. Он действительно не виноват. Просто так получилось. Вам выпали чертовски плохие карты. Но разве это повод для разлуки? Я же знаю, что он тебе нравится.

Я вскинула голову.

— Во-первых, твой шеф всем нравится. А во-вторых, если ты скажешь о нем хотя бы слово, я просто выкину тебя отсюда! Ясно?

— Ясно…

Что еще можно сказать? Валентин по-прежнему вожак стаи. Он удержался и очень доволен. Мечислав помог ему на новом посту как советом, так и вооруженной силой. Вампиры – очень убедительный аргумент. Особенно если их возраст больше ста лет. С ним мы тоже общаемся. Мы хорошие друзья. Очень. Иногда мне кажется, что Валентин немного увлечен мной, но потом я начинаю думать, что у меня паранойя, и успокаиваюсь. Кстати, он тоже называет меня «кудряшка» и уверяет, что прозвище соответствует действительности. Я уже перестала спорить. Пока Мечислав не отменит своего дурацкого приказа, я обречена носить это имя. Крестный отец, блин!

Дед и мама примчались ко мне в больницу на следующий день, после того как я пришла в себя. Я встретила их улыбкой и рассказом в духе незабвенной «Бриллиантовой руки. Поскользнулся, упал, очнулся – больница. Это я рассказала маме. Я бы и дедушке рассказала не больше, но за меня опять все решил Мечислав. Еще через два дня дед вошел в палату рано утром и посмотрел на меня так, что я поняла – знает.

— Утро доброе, дед!

— Ну ты и наворотила дел, кудряшка.

— Хоть ты-то не называй меня так!

— Не буду. Но я познакомился с одним вампиром, который дал тебе это прозвище!

— Ты веришь в вампиров?

— А у тебя шрамы по рукам и под ключицей от излишней религиозности?

Я опустила глаза.

— Мне не хотелось в психушку.

— Я бы тебя туда и упек, если бы узнал о том, что произошло, из твоих уст. – Дед и не думал оправдываться. – Но гораздо убедительнее, когда при тебе сперва перекидывается оборотень, а потом вампир демонстрирует свои клыки. Впечатляющий парень этот Мечислав.