Девять хвостов бессмертного мастера. Том 5 - Джин Соул Страница 335

Ли Цзэ вышел из дворца и поглядел вверх. Облака стягивались в единую точку и клубились, вырисовывая причудливые абрисы ворот не то дворца, не то храма и верхних ступеней лестницы. Ли Цзэ из легенд знал, что с Неба опускается лестница и возносящемуся приходится топать по ней, пока не доберется до самого верха.

«Это уж тогда скорее восхождение, а не вознесение», – подумал Ли Цзэ и стал ждать, когда Небесная лестница опустится на землю полностью.

Но вместо лестницы в землю ударил столп света, совсем как в прошлый раз, и в нем спустился прежний небесный чиновник. Где-то далеко грянули трубы.

— Земной царь Ли Цзэ, – почтительно сказал небесный чиновник.

— Вознесение отменяется? – отчего-то оживился Ли Цзэ.

— Нет, – удивленно ответил небесный чиновник, – почему вы так решили?

Ли Цзэ объяснил. Небесный чиновник засмеялся и сказал, что Небесная лестница соединяет мир смертных и Небеса, но не используется для вознесения, иначе это было бы восхождение, а не вознесение. Ли Цзэ тоже засмеялся: небесный чиновник оказался с юмором и повторил его шутку.

Небесный чиновник обеими руками указал на столп света:

— Земной царь Ли Цзэ.

— Я должен в него войти? – уточнил Ли Цзэ, пристально глядя на свет.

Со стороны столп света казался почти осязаемым. Казалось, сделаешь к нему шаг – и ударишься лбом в кристальную стену. Но это была лишь оптическая иллюзия.

Небесный чиновник объяснил, что вознесение свершится само собой, когда кандидат в небожители ступит в центр осиянной светом небесной печати. Ли Цзэ подошел ближе и увидел, что на земле светится замысловатый круглый узор с непонятными письменами.

— Это магия? – непонимающе спросил он. Ему сложно было воспринимать ирреальность происходящего. В земной жизни чудес не было. За редким исключением.

— Смертные называют это магией, – задумчиво сказал небесный чиновник. – Но это всего лишь облеченные в видимую форму духовные силы – небесная Ци. Вам еще многому предстоит научиться, земной царь Ли Цзэ.

Небесный чиновник, чтобы подать Ли Цзэ пример, вошел в столп света первым и стоял там, поджидая его. Ли Цзэ был не из робкого десятка, но когда он сделал шаг внутрь столпа вознесения, то почувствовал, что покрывается гусиной кожей: свет действительно был осязаемый, он всей кожей прочувствовал, как его обволакивает это сияние.

— С непривычки, должно быть, неприятно, – сочувственно сказал небесный чиновник. – Но это временные неудобства.

Как произошло само вознесение, Ли Цзэ не понял. У него вдруг почернело перед глазами, и он ненадолго утратил связь с реальностью. После, поразмыслив, он понял: вознесение было столь стремительно, что он, вероятно, ненадолго лишился чувств и потому не воспринял его. Опомнившись от этого затмения, Ли Цзэ обнаружил, что стоит на четвереньках на земле, и первой мыслью было, что вознесение не удалось, поскольку земля была самая обычная.

— Добро пожаловать на Нижние Небеса, – сказал небесный чиновник, за локоть поднимая Ли Цзэ с земли. – Ничего, сейчас головокружение пройдет. Поначалу всегда так.

Ли Цзэ крепко зажмурился, открыл глаза, ясность зрения вернулась к нему. И он был немало удивлен и даже разочарован, что Небеса мало отличаются от смертного мира. Он-то, начитавшись легенд, полагал, что на Небесах все сделано из облаков да тумана, а здесь была и земля, и трава, и деревья, и камни.