Когда мотылек полюбил пчелу - Пеппер Винтерс Страница 330

Пелле опустился на блестящее серебром полотно, сложив крылья, – словно знание о будущем тяготило его.

«Если ты в самом деле хочешь узнать… посмотри в эту каплю росы. Твое зрение становится другим. Во время охоты ты управлял временем и заглянул в будущее, которое и так всегда для тебя открыто, –он разок махнул крылышками.– Так что… посмотри сам, мастер над луной. Увидишь, что вам уготовано».

Я уронил взгляд на каплю, которую выбрал мотылек. По спине пробежали мурашки.

«Но я должен тебя предупредить, – прошептал Пелле мягким голоском. – Эту судьбу нельзя изменить так же, как ты сделал вчера, когда спас связанного с Руной кровавыми узами».

— Как же мне спасти ее от смерти?

Пелле вздохнул и распластал крылья.

«Ты не можешь этого сделать. Так же как не сможешь свернуть с того пути, на который ступишь после ее смерти».

— И что же я сделаю?

По спине снова пробежалась ледяная волна.

«Ты почувствуешь, как разбивается твое сердце… и боль эта будет сильнее любой другой, – Пелле полетел обратно в небо. – А теперь посмотри…»

Я подошел к капле – босые ноги скользили по изящным кружевам бесшумно, не дергая нити. Я был самым скрытным из пауков. Я был пауком, который сидел в самом сердце Вселенной.

Я подполз к капле.

И склонился над ней, чтобы заглянуть в призматический блеск ее поверхности. Капля крови. Крик…

Все разрушилось, когда сон мой пронзила боль, и я практически выпал из дремы в реальность. Из тени стал костьми. Я широко распахнул глаза.

И охнул и попытался подняться, но Руна прижала к груди ладонь и удержала меня.

— Не двигайся.

Я моргнул, пытаясь понять, где нахожусь. На горизонте алел рассвет.

Призванный нашим соитием дождь омыл ночью небо, оставив в вышине чистые розовые и персиковые краски. Никаких облаков. Никакого ветра. Над нами лишь тянулись ветками к небу деревья.

Я опустил взгляд на руку Руны.

Что-то мокрое прокатилось по моей груди, и я вздрогнул.

— Что ты?..

— Жди здесь, – Руна нагнулась надо мной и прижала губы к моей плоти. Облизала меня языком.

Мышцы на животе сжались, и тело отреагировало: она была так близко, рот ее был таким жарким, что мое мужское естество тут же налилось силой.

— Руна…

Она подалась назад, присела и облизала губы. Я замер.

На губах ее остались едва заметные алые следы. Кровь.

Моя кровь.

Кровь, которая больше не была красной. Чем больше я входил в силу, тем больше она сплеталась с полуночью. Кровь моя блестела зловещим мерцанием – черным, словно яд.

Я поднялся и посмотрел туда, где совсем недавно был язык Руны.

В руке она держала волчий клык, который, должно быть, выпал из моих мехов, когда мы срывали прошлой ночью одежду. Я прищурил глаза и поднял голову.

— Ты порезала меня.

Руна кивнула и сглотнула, чуть скривившись от вкуса, а потом снова облизала губы.

— Ты испил из меня… в ночь кровавых уз. И я подумала… – она пожала плечами и с надеждой улыбнулась. – Я проснулась в твоих объятьях и не могла вздохнуть от одной мысли о том, что больше мы никогда не увидимся. Я запаниковала, когда подумала, что мне придется возлечь с Актором. Что он коснется меня…

Она с трудом сглотнула и опустила голову.

— Я не могу стать его парой, Дарро. Не смогу сделать с ним то же, что сделала с тобой. И я… – Руна посмотрела на меня из-под ресниц, в глазах ее туманилась вина. – Я понадеялась, что, если поступлю как ты и выпью твоей крови, наша кровь пересилит кровавые узы, что связывают меня с ним.