Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти - Галина Гончарова Страница 290

Даниэль смотрел на меня ошалелыми глазами.

— Юля, ты говоришь – правду?! Идиотский вопрос.

— Ты и сам чувствуешь, что я не лгу.

— Но ты понимаешь, ЧТО ты говоришь?!

Действительно, а ЧТО я говорю? Может, мне просто кошмар приснился?! Гамбургером отравилась?

— Не понимаю. А это так важно?

Даниэль посмотрел мне прямо в глаза. Не знаю, какого черта он там увидел и что хотел рассмотреть, но молча махнул рукой, отвернулся и начал вылезать из машины.

— Мне это расценивать как отказ от нотаций? – съязвила я.

Вампир вернулся на сиденье и прожег меня злым взглядом.

— Юля, когда все это закончится, я тебе так всыплю, что ты неделю на задницу не сядешь!

— Рискни здоровьем! – ощетинилась я.

— Рискну! Поверь на слово!

— Хорошо. Я поверила. А теперь будь умницей и помоги мне выбраться из машины!

— Зачем?!

— А вот за тем самым! Мы идем в дом! Там Борис и Вадим! Я их там не оставлю!

— Ты с ума сошла?!

— Даниэль, поверь мне на слово, там никого нет, кроме скелетов и вампиров. И с теми и с другими мы легко справимся!

— Ты сейчас с комаром-то не справишься! Ты же на ногах не стоишь!

— А ты мне поможешь дойти!

— Лучше я один схожу!

— Что бы ты там без меня нашел?! И потом, это МОЕ дело и МОИ вампиры. И Я должна лично сунуть нос в каждую дырку!

— Я всегда знал, что ты – чокнутая.

— А теперь узнал, насколько я чокнутая. Ты счастлив? Вампир зашипел сквозь стиснутые зубы:

— Юля, ты невыносима!

Я вздохнула. Нужно погасить напряжение, пока мы не поссорились. Я протянула руку и погладила вампира по щеке.

— Даниэль, милый, ну пойми меня! Вампир сидел как мраморная статуя.

— Даниэль, это ведь я виновата в том, что их схватили! Я и никто другой! Если бы я смогла разбудить их тогда, утром…

— Не смогла бы, – вампир повернулся и смотрел на меня в упор. Моя рука замерла у него на щеке, Даниэль перехватил меня за кисть и поднес пальцы к губам, целуя вену. – Не смогла бы. Ты разбудила Мечислава, потому что связана с ним Печатью. Теперь уже двумя. Поэтому ты его и дозвалась. А я еще не спал. Нам повезло. Но ты не виновата, что их схватили! Не виновата!

Я опустила глаза.

— Даниэль, говорить можно многое. Но я должна чтото сделать, чтобы избавиться от этого чувства! Я была там. Была – призраком. Но видела и слышала все! Их пытали – по моей вине. По моей и Мечислава. И кто-то из нас двоих должен исправить то, что произошло.

Упс! Недоработка! Вот про Мечислава говорить не стоило! Вампир тут же посмотрел на меня холодными серыми глазами.

— Ты собираешься исправлять все несправедливости, которые натворил твой хозяин? Тебе жизни не хватит, девочка!

— Благодаря тебе – уже не девочка, – отбила я мяч. – И потом, он мне не хозяин. Даниэль, Печати мне поставлены. Это так. Но я сделала это ради тебя. Мечислав сам по себе чертовски красив, обаятелен, привлекателен, и женщины падают в обморок при виде него, но мне он не нужен.

— Врешь.

— Ну и вру, – легко созналась я. – Немного. Совсем чуть-чуть. Но так же, как на него, я смотрела бы на произведение искусства. На любое произведение искусства. И это чистая правда. Я умею ценить красоту. Кстати, ты не пробовал его рисовать?

— У него есть пара портретов моей работы.

— Даниэль, а меня ты нарисуешь?

— Обязательно, – лицо его смягчилось, стало почти человеческим. – Я хочу нарисовать тебя лежащей на кровати, на алых шелковых простынях, совершенно обнаженной. В голосе его было столько тепла и нежности, что я улыбнулась в ответ.