Двор Опалённых Сердец - Элис Нокс Страница 271

— Я не…

— Ты Видящая, – перебил он мягко, но в его голосе прозвучала сталь. – Ты видишь сквозь гламур. Чувствуешь магию. Ломаешь чары одним прикосновением. – Пауза. – И теперь ты замираешь, услышав число «триста». Что ты знаешь, Кейт? Что тебе сказали?

Я отступила на шаг, но спиной уткнулась в стену. Алистор не двигался, но его присутствие давило – серебро и хаос, огонь и хитрость.

И в тот же момент – тепло.

Слабое, едва различимое, но невероятно знакомое. Оно вспыхнуло где-то в глубине груди – тонкая невидимая нить, потянувшаяся к нему. К Алистору, стоящему в нескольких шагах от меня.

Снова это чувство – то самое, что накрыло меня в повозке, когда я увидела осенний лес за окном. Когда каждая клетка кричала прыгай, беги, это дом. Когда я почти сорвалась с места, чтобы броситься к деревьям, к золоту листвы, к запаху дыма и спелых яблок.

К нему.

Я застыла, уставившись на Алистора.

Он нахмурился, изучая моё лицо с острым любопытством, смешанным с напряжением – словно пытался разгадать загадку, которую сам не ожидал найти.

— Что?

— Ничего, – выдавила я, отводя взгляд и пытаясь разорвать эту проклятую невидимую связь. – Просто… продолжай.

Пауза затянулась. Я чувствовала его взгляд – тяжёлый, пронзительный, видящий слишком много. Трикстер. Лис, который чувствовал ложь за версту.

Но он не стал давить.

Вместо этого медленно кивнул и отвернулся.

— Хорошо, – сказал он тихо. – Тогда вернёмся к Сиэлле.

Я выдохнула, чувствуя, как напряжение медленно отпускает. Тепло в груди затихло, но не исчезло – тлело где-то под рёбрами, напоминая о себе слабым пульсом.

— Три дня с Сиэллой, даже полные страсти, не могли создать ребёнка, – сказал Алистор, глядя в окно на летний сад. – Не без помощи.

Холод пробежал по моей спине.

— Ты думаешь, это ловушка.

Он обернулся, и его глаза встретились с моими.

— Я думаю, что это слишком удобно. Оберон исчезает. Сиэлла беременеет ровно в тот момент, когда это нужно. Он возвращается без магии, уязвимый, и внезапно у него появляется наследник, которого он не может отрицать, не выглядя чудовищем.

Я сглотнула, вцепившись в край стола.

— Значит, ты не веришь, что ребёнок его?

Алистор медленно покачал головой, не сводя с меня взгляда.

— Я верю, что кто-то очень хочет, чтобы все так думали.

— Королева, – прошептала я.

— Возможно, – согласился Алистор. – Аэлиана отчаянно хотела внука. Тысячу лет она молилась Древним. Она достаточно могущественна, чтобы подстроить беременность, если использовать правильную магию и правильные ритуалы.

Он замолчал, его взгляд стал задумчивым.

— Но может быть и кто-то другой. Кто-то, кто выиграет от хаоса. От раскола между Обероном и его двором. От конфликта, который ослабит Летний Двор изнутри.

Он усмехнулся.

— Политика фейри, дорогая. Всегда есть кто-то, кто выигрывает от чужих страданий.

Я сглотнула, обхватывая себя руками.

— Что мне делать?

Алистор наклонил голову, изучая меня с острой внимательностью хищника. Потом его губы изогнулись в медленной, ленивой улыбке.

— Ничего.

Я моргнула.

— Что?

— Расслабься, – сказал он, пожимая плечами. – Получи удовольствие. Как бы ни повернулась жизнь, нельзя грустить и печалиться. Жизнь слишком коротка, чтобы переживать из-за каждой мелочи.

Я уставилась на него, не веря своим ушам.