Девять хвостов бессмертного мастера. Том 5 - Джин Соул Страница 253

Су Илань прикусила фалангу указательного пальца, размышляя. Взгляд ее блуждал по покоям Хуанфэй, но то и дело останавливался на Ли Цзэ. Су Илань поднялась, махнула перед собой рукавом, превращаясь в Мэйжун, и вышла из покоев Хуанфэй, но не успела сделать и двух шагов, как столкнулась с Янь Гуном. Евнух, видимо, околачивался поблизости и поджидал, когда Ли Цзэ выйдет. На Су Илань он посмотрел очень пристально.

— Твой царь заболел, – сказала Су Илань, недовольная этим вниманием. – Позови лекаря.

— Заболел? – подскочил на месте Янь Гун и ринулся в покои Хуанфэй.

Вид бледного Ли Цзэ, разметавшегося по кровати, ему нисколько не понравился. Евнух кликнул слуг, чтобы они перенесли Ли Цзэ в его покои. Су Илань с ними не пошла, но посмотрела Янь Гуну вслед, и на ее лице промелькнуло хищное выражение.

Янь Гун позвал к Ли Цзэ дворцовых лекарей, но они не смогли ни сбить жар, ни даже определить причину болезни.

— Но ведь еще утром царь был совершенно здоров! – воскликнул Синий министр. – Почему он заболел?

— Это Юйфэй с ним что-то сделала? – всполошился Зеленый министр. – Ведь он ушел к ней здоровым.

Янь Гун, хмурясь, мерил покои широкими шагами и беспокойно поглядывал на бесчувственного Ли Цзэ. Лекари обложили его мокрыми полотенцами, но менять их приходилось каждую минуту, потому что от жара его тела они моментально высыхали.

— Вы скажете, это суеверия, – наконец сказал Янь Гун, остановившись, – но я думаю, это мы виноваты. Не стоило подмешивать ему зелье храбрости в питье. Цзэ-Цзэ благословлен Небесами, значит, у Небес на него есть планы, а мы вмешались в предначертанное. Если Цзэ-Цзэ умрет, это будет на нашей совести.

— Умрет? – всполошились оба министра.

— Человеческое тело не в состоянии долго выдерживать такой жар. А сбить его не удается.

— Юйфэй! – в голос воскликнули оба министра. – Юйфэй его вылечит!

Глаза Янь Гуна вспыхнули, и он ринулся обратно в павильон Феникса. Оба министра последовали за ним.

Су Илань знала, что они придут, потому ждала их. Она небрежно потягивала вино из чарки и не без интереса смотрела, как, невзирая на дворцовый этикет, в покои царской наложницы помимо евнуха ввалились и два министра.

— Мэйжун, – сказал Янь Гун взволнованно, – спаси Цзэ-Цзэ, у него сильный жар, он умрет.

— А мне-то что? – спросила Су Илань, сузив глаза. – Я не лекарь, я царская наложница. Почему вы пришли ко мне?

— Но ведь ты спасла Цзэ-Цзэ от яда красноглазой змеи! – воскликнул Янь Гун.

— Это другое, – сказала Су Илань и налила себе еще чарочку. Глаза ее сузились, но Янь Гун различил в них презрение и насмешку.

— Хочешь, чтобы тебя умоляли? – вспылил Янь Гун.

— А если так? – хмыкнула Су Илань.

Янь Гун заскрежетал зубами, но встал на колени и сложил кулаки. Ради Ли Цзэ он был готов пойти на любые унижения.

— Спаси его, – повторил он хрипло, голос его подвел. – Можешь сколько угодно насмехаться надо мной, я все вытерплю, только спаси его.

Су Илань скользнула по нему равнодушным взглядом, посмотрела в упор на министров.

— А эти что? – насмешливо спросила она. – Не хотят спасти своего царя? Уж не они ли пытались его отравить?

Министры возмущенно зароптали, но Янь Гун бросил на них яростный взгляд:

— И вы тоже!

Пришлось и обоим министрам встать на колени.

«Она решила на нас отыграться за все», – подумал Янь Гун, заметив, что Мэйжун явно наслаждается происходящим и не торопится соглашаться помочь Ли Цзэ.