Миттельшпиль - Шеннон Макгвайр Страница 233

Этого мгновения достаточно, чтобы пули пробили себе путь.

Доджер кричит.

Решающее сражение

Лента времени: 8:01 PDT, 17 июня 2016 года (и продолжается)

Эрин вжимается спиной в колонну, высовываясь, только чтобы прицелиться, выстрелить и тут же вернуться в исходную позицию.

— Ли, все кончено, – кричит она. – Они точнопроявятся! Беги отсюда, и, может быть, к тому времени, как они начнут прибираться за Ридом, ты сможешь убежать достаточно далеко!

— Глупое наивное дитя, – отвечает Ли. – Они не проявятся. Рид уже отбирает у них Доктрину. Ты выбрала не ту сторону. Я была о тебе лучшего мнения.

— Я выбрала не ту сторону, когда вы убили Даррена.

Она в очередной раз выглядывает из-за колонны и в очередной раз стреляет, следуя хаотическим нитям сражения, которые ощущает в пространстве.

На сей раз за ее выстрелом следует гулкий звук падения тела – будто об пол ударился мешок цемента.

На миг – такой крошечный, трепетный миг – она позволяет себе надеяться, что это все, что все закончилось, что она победила. Но затем Ли полным отвращения голосом произносит:

— Ты только что застрелила вполне приличного алхимика, а у нас даже нет возможности разобрать его на части. Вот почему ты бесполезна, Эрин. Ты расточительна. Ты всегда была просто тупым инструментом.

Ее голос приближается. Эрин покидает прикрытие и бежит к следующей колонне, ненамного, но все же обгоняя сияющие полоски хаоса, которые могли бы открыть ее выстрелам Ли. Битва – это сетка. Эрин не может видеть траектории собственных выстрелов – это слишком походило бы на порядок, – но она может избегать ярких и бьющих током мест, где порядок повержен. Она может делать это вечно. По крайней мере, она на это надеется.

— Прекрати убегать, выходи и бейся лицом к лицу! – Ли начинает злиться. Хорошо. Люди в гневе совершают больше ошибок, больше промахов; они роняют вещи, теряют бдительность, теряют темп. Ли оставалась спокойной и хладнокровной достаточно долго. Эрин готова к тому, что она изменится.

— Нет!

— Не понимаю, почему ты вдруг стала такой неразумной. Я воспитывала тебя иначе.

Эрин останавливается, перегибается через колонну и дважды стреляет в Ли, которая подозрительно легко отступает.

— Ты вообще меня не воспитывала!

— Воспитывала, насколько было возможно!

Эрин слишком поздно понимает, что попалась в ловушку. Тяжелая рука ложится ей на плечо, и она смотрит в пустое лицо голема. Она изо всех сил пытается вырваться, наблюдая, как Ли Барроу идет к ним, спокойная и жестокая, как кошка на охоте. Она все еще пытается вырваться, когда стена напротив нее истончается и практически исчезает, превращаясь в сияющий серебряный экран. Ее ресницы распахиваются, и она ничего не может с этим поделать.

Ли улыбается. Плавным, словно отработанным движением она разворачивается и стреляет сквозь тонкий золотой экран стены, успевая дважды спустить курок, прежде чем камень снова твердеет.

— Вот так, – говорит она, снова глядя на Эрин, самодовольно и победно улыбаясь. – Похоже, некоторые вещи только что действительно прояснились, не так ли? Так. На чем мы остановились?

Эйвери сделал шаг вперед. Колени у него дрожали. Зубы выбивали барабанную дробь. Казалось, будто весь его скелет ломается в суставах и вот-вот осыплется на пол грудой костей. Ему хотелось развернуться. Ему хотелось убежать. Ему было не место здесь.

Но Циб цеплялась за прутья своей клетки, и он почти видел, как у нее под кожей пробиваются черные перья, пытаясь вырваться на свободу и превратить ее в Девочку-ворону, как и всех остальных. Но если бы он позволил этому случиться, она уже не была бы Циб. Она стала бы другой, чужой, дикой и точно не его Циб. Он не так уж долго знал ее, чтобы так сильно за нее переживать. Но все равно переживал. Он не мог позволить Пажу заполучить ее.

– Ты должна ее вернуть, – сказал он. – Она мой друг, и она не твоя собственность.

Паж застывших вод улыбнулась.

– И почему же я должна это сделать? – спросила она.

– Потому что… – Эйвери набрал побольше воздуха в легкие. – Потому что я прошу и потому что я раскромсаю тебя на куски, если ты ее не отпустишь.

А. Дебора Бейкер «За лесоградной стеной»