Когда мотылек полюбил пчелу - Пеппер Винтерс Страница 226

Серебро в толстых косах Типту сияло оранжевым в свете костра. Люди племени Нил продолжали подкармливать огонь деревом и бизоньим навозом – пламя разрослось до самого большого костра, который я только видела. Он опалял небеса жестоким желтым сиянием.

Я покачала головой, избавляясь от мечущихся, путаных мыслей, и улыбнулась Бону. Подняла подбородок и поймала взгляд Типту.

— Мне… мне нужно будет что-нибудь сделать?

Та покачала головой.

— Нет. Церемония много времени не займет, – улыбка ее потухла, а без того темные глаза потемнели еще немного от тревоги.

Я стояла, чувствуя себя немного неловко. Мысли снова понеслись пуще прежнего. Мне хотелось поблагодарить Типту за то, что она кормит Натима, – пусть Трал и отдал ей приказ. Мне хотелось объяснить ей, как сильно я рада всем им, как сильно ими восхищаюсь, даже несмотря на то, что ничего не понимаю.

Если Дарро решит остаться, у него тоже будет церемония наречения?

Начертает ли Солин и на нем того, с кем он делит имя, – мотылька? Солин – настоящий мастер, наверняка на дымчато-земляной коже Дарро его работа будет смотреться особенно потрясающе.

Я снова посмотрела на разворачивающийся вокруг нас праздник и поискала глазами Дарро. И продолжала его искать.

Деревня полнилась смеющимися лицами, радостными голосами и запахами восхитительной еды. Все пили фиолетовое вино и произносили тосты, радуясь за чтеца огня. Он продолжит вести их за собой. Племя радовалось тому, что они продолжат процветать благодаря пламени.

Воздух практически искрился от нетерпения.

И с тех пор, как Ния нашла меня у берега реки, я впервые оказалась частью всего этого. На самом деле.

Тогда почему я вдруг ощущала себя такой неправильной?

Я задрожала и с трудом сглотнула. Не стоило мне снова думать об этом.

Дарро, куда ты делся?

Взгляд быстрее забегал по толпе. Не думать об этом. Не думать.

Где же он?

Я отыскала Натима – тот радостно свернулся на коленях у Нии, которая разговаривала с Гият и Уэй. Три женщины умиленно гладили олененка, и сердце мое пылало от счастья: он отыскал еще одну семью, в которой был любим.

Я поискала взглядом серебристую шерсть Зетас или сияние ее витых рог в лунном свете. Ничего.

И волчица, и Дарро исчезли.

Сердце забилось быстрее – меж ребер потянуло одиночеством и желанием. Пульс хаотично скакал.

Я… я должна найти его.

Я отошла от Типту и бездумно сжала руки в кулаки. И тут же зашипела – свежие раны заныли болью. Спасибо пепельным татуировкам на моих ладонях.

Типту сощурилась.

— Тебе больно?

Предводительница глянула на мои босые ноги – мне хотелось ринуться за Дарро – и мягко произнесла:

— Если тебе нужна еще мазь, я могу позвать Паллен. Она сделает еще после церемонии.

Типту улыбнулась и продолжила:

— Я помню, как это больно: когда я вышла за Трала, на мне начертали метку. Метка племени Нил прожгла мой дух насквозь, когда отец его вырезал пеплом по моей плоти.

Я замерла и не сорвалась на бег – не хотелось быть грубой.

— Ты тоже это почувствовала?

— Все мы это чувствуем. Некоторые сильнее, чем другие, – она поудобнее перехватила Бона. – Но боль не задерживается. Завтра утром раны уже почти затянутся, и боль останется только в воспоминаниях.

— Но почему это так больно? Казалось, что у меня кровь кипит.

— Это магия огня, – ответила Типту тихо и бросила взгляд на вышедших из лупика Солина и Трала. – Пламя привязало тебя к своей воле. Оно подарит тебе богатство, будет вести тебя, но потребует взамен послушание и служение.