Завтра я стану огнём - Евгения Александрова Страница 216

И в этот момент, когда даже ветер стих, я услышала, как кто-то двинулся сбоку, слишком тихо для врага, слишком уверенно для наблюдателя. Я обернулась – и, конечно же, это был он.

Равенс.

Он склонился ко мне слишком близко, так, будто хотел прошептать что-то, что никто не должен был услышать, даже сами боги.

— Ты знаешь, Кейсара, ты ведь могла бы выжить, – тихо сказал он, едва шевеля губами. – Не вот так, как сейчас – прячешься за спинами, боишься каждого взгляда. Ты ведь сильнее этого, ты могла бы быть с нами.

Я молчала и попыталась отползти или найти рядом Ардена, вглядываясь в узкий проход между скалами. Сердце колотилось слишком быстро, и не от страха – от осознания, что это и есть тот момент, когда всё решается.

— Сейчас сюда придут, – зло прошептала я, сжимая пальцы в кулаки.

И действительно, разведчики и группа захвата уже скользили между валунов и обломков скал, и мы бросились им наперерез, дотрагиваясь, чтобы вынудить отправить в темницу. Арден был рядом, и какое-то время мы отбивались плечом к плечу.

— Жива?

— Угу, – кивнула я, выдыхая.

Показалось, что где-то рядом я увидела тень Бьёрна, и воспрянула духом.

Но спустя время мы снова очутились с Равенсом неподалёку друг от друга: я сидела за стволом дерева у расщелины, прячась от новых разведчиков, а мой опасный напарник замер у камня через проход, продолжая оглядываться в поисках врагов.

Я поймала двоих, он – троих, и где-то недалеко орали наши, пытаясь захватить чужую Искру. Жажда победы и жажда отомстить всем, кто мне угрожает, кипятили кровь, и я с трудом удерживала бушующий внутри огонь.

— Ты умна, Кейсара, – заговорил Равенс, тяжело дыша. Он повернул ко мне голову, не выпуская из виду, и рыжие пряди сейчас сливались с бронзовыми узорами валуна за его спиной. – Ты чувствуешь, как шатается основа. Даже Сиркх не вечен. Империя расколется, и лучше быть среди тех, кто это использует, чем среди тех, кого это раздавит. Ты могла бы стать одной из нас.

Я бросила на него взгляд. Он был слишком близко, казался спокойным, но что-то в его поведении выдавало панику: ведь я видела его среди предателей и в любой момент выдам их всех, если он не заставит меня замолчать!

— Империя рушится, боги молчат. Кто выживет – тот и будет прав. Ты всё ещё можешь выбрать… На суде ты видела, сколько людей уже на нашей стороне.

Я медленно повернула голову и посмотрела ему в глаза. Серые, почти светлые, как у Бьёрна, но в них не было ни глубины, ни боли, ни даже злости. Только интерес, как у мальчишки, что уже решил, куда воткнёт палку в муравейник, но пока смотрит, не помешает ли кто.

— Нет, – прошептала я резко. – Я не с вами.

Он вздохнул – коротко, как будто ждал этого.

— Ты нас предашь… – прошипел он.

Я отпрянула, ударилась плечом о камень, скользнула вбок, и только этот случайный поворот спас меня – что-то просвистело в волосах, ударившись о ствол дерева, и рассыпалось искрами. Я вскрикнула – не от боли, от злости, от того, как близко он был, и как легко он готов был убить!

Следующий удар был снова без предупреждения. Хищный, быстрый, точный – рука скользнула к моему горлу, и мы покатились по земле к обрыву. Я отпрянула, споткнулась о камень, и всё вокруг расплылось – голос крови застучал в ушах, воздух вырвался из груди. Он был силен! Намного сильнее, чем я думала.