Завтра я стану огнём - Евгения Александрова Страница 205

— Вы… вы убили Кьестена, – выдохнула я.

— Нет, – ответил бородатый, и в его голосе прозвучала усталость. – Его убил сам Покровитель.

Я снова почувствовала, как тело обмякает. Слишком быстро всё происходит. Слишком быстро тот спасительный покой, которому меня учил Удав, превращается в безумный хаос, разрушая всё, на что я пыталась опереться.

А снаружи – где-то там – всё ещё стоит храм. И, может быть, кто-то из Четырёх богов смотрит на меня.

А может, нет.

— И что вы хотите от меня? – Голос предательски сорвался на высокие ноты.

— На суде будет голосование о твоей судьбе. Тебя обвиняют в убийстве одного из самых влиятельных дарханов Сеттеръянга, Кьестена де Торна. И ты была последней, кого видели рядом, а на погибшем – следы пламени, которое ты так и не научилась контролировать. Даже если скажешь, что это было непреднамеренно, ты не избежишь кары.

— Но я не убивала! Это сделали вы, – бросила я отчаянный обвиняющий взгляд на бородатого мужчину. – И если дарханы хоть что-то смыслят в чувствах, они проверят и убедятся, что я не лгу.

Он усмехнулся:

— Дарханы проголосуют. И прости, но ты даже не представляешь, сколько из них уже сделали верный выбор и готовы остановить безумца любой ценой. Твоя жизнь сейчас в наших руках, Кейсара ди Мори. Нас куда больше, чем тебе кажется.

— Вы требуете стать одной из вас?

Я чувствовала себя не за столом, а на острие ножа, и чем дольше сопротивлялась, тем глубже он врезался в грудь.

— Мы хотим, чтобы ты выжила, и готовы тебе помочь, – повторил он. – Но выживание, Кейсара ди Мори, требует выбора.

Я посмотрела на их лица – на всех. На Мэй, которая отвела взгляд, будто стыдилась. На Аишу, сидевшую с выпрямленной спиной, но с дрожащими пальцами. На Равенса, ухмылявшегося без тени сомнения. На Иллиана, непроницаемого, как всегда.

— Ты на особом счету, – продолжил бородатый, буравя меня взглядом, и сделал большой глоток настойки. В моем горле пересохло, но я не могла даже притронуться к кружке. – Твои родители нужны императору, принцесса с Юга, – прозвище он назвал на полном серьёзе, – и ты можешь подобраться к нему ближе, чем кто бы то ни было. С нашей помощью.

Я стиснула зубы. Горло пересохло, но я не могла даже коснуться своей чаши.

— Я не убийца и из меня плохой… заговорщик. – Я медленно подняла взгляд, глядя на бородатого в упор.

Они в самом деле думают, что я на такое способна?!

— Подумай. – Его голос стал мягче, обволакивающим. – Разве не с этой мыслью ты приехала сюда? У тебя отняли семью. Прошлое. Из тебя делают оружие, послушное и бездушное. Тебя лишают всего, что тебе дорого, – происхождения, твоих привычек, твои мысли заменяют удобными тем, кто служит Четырём богам.

— Послушайте… – начало было я, но он так же вкрадчиво продолжил:

— Тебя лишили даже любви твоего сероглазого друга сентара де Ларса – он, как истинный дархан, послушно отступил в сторону. Бросил. Потому что велели. Всё ещё считаешь его достойным? Мужчина, который готов отвернуться от того, кого любит, лишь потому что ему приказали.

Меня бросило в жар. В грудь ударила такая боль, что хотелось застонать. Этот жар пронизывал меня, пронзал каждую клетку, словно огненный поток, и я не могла остановить его.

— И они – все эти дарханы, возомнившие себя богами, – не остановятся, пока от твоей личности не останется лишь жалкая тень, – продолжал заговорщик. – И пока ты сама не станешь бессловесной силой императора-безумца. Ты пойдёшь на бессмысленную войну умирать за то, во что не веришь?