Когда мотылек полюбил пчелу - Пеппер Винтерс Страница 205

И я не собиралась есть его сейчас.

Син следила за каждым моим движением. Она лежала на циновке, устроив хвосты рядом. Передние лапы рысь вытянула и зарылась когтями в циновку, словно хотела удержаться в этом, знакомом ей мире, потому что чувствовала другой, к которому она не принадлежала.

Я вдохнула, повернулась и посмотрела на бесчувственного Солина. Протянула дрожащую руку и вцепилась в его пальцы. Убедилась, что мы держимся крепко, совсем как раньше.

На ощупь Солин был теплым и живым, как любой другой смертный, но в то же время закоченелым и недвижимым, словно статуя. Пламя трещало в своем бесконечном топливе, будто бы подгоняя меня.

Воздух в лупике потеплел: огонь удушающе приветствовал меня.

— Солин, – я сжала его руку. – Прошу тебя, Солин, пора просыпаться.

Я начала бормотать, все быстрее и быстрее, не думая.

— Мне нужно, чтобы ты очнулся, Солин. Я потеряна. Столько всего произошло, и я не понимаю ни капли. Огонь сделал меня частью Квелиса, но мне также спела река. Сегодня я почувствовала каждый дух в травяном море, но я ощущаю себя опустевшей, и мне ужасно холодно. Я не знаю, кто я, но ты убедил Трала и Типту, что тебе это известно. Так очнись же и расскажи мне все, Солин. Очнись и расскажи, кто я такая, чтобы я не смогла сотворить тот ужас, который должна сотворить. Прошу, я не хочу заходить в очередной транс. Огонь не хочет, чтобы я ходила среди его пламени…

«Ложь».

Тишину разорвало пламенное шипение. От жара у меня поднялись волосы. Я задрожала.

— Ты слышишь меня?

«Мы всегда слышим. И везде».

Я сощурилась, глядя на огонь.

— Если ты слышишь всех нас, тогда ответь мне. Прекрати отказываться. Кто я такая?

Син низко, угрожающе зарычала. Она поднялась и прошлась по лупику, раздраженно обмахиваясь хвостами. Рысь чувствовала, что мы здесь больше не одни, но не понимала, что я говорила не со смертным, а со стихией.

— Дай Солину очнуться, – потребовала я чистым, холодным голосом; снаружи светлел день. – Верни чтеца огня его людям и…

По лупику разнесся зловещий смех.

Син снова зарычала, выпустила когти и махнула лапой по воздуху. Я замерла и попыталась встать.

Но было поздно.

Я охнула, когда тело мое перестало быть настоящим и сделалось чем-то мифическим.

Огонь выхватил дух из моего смертного тела и заключил в свои пламенные объятья. Я больше не чувствовала, как течет внутри меня кровь и как дрожат мускулы. Теперь я была сделана не из костей и жил, но из света и жара.

Я боролась, но бороться было не с чем. Все было одинаковым.

Мы были едины. Мы слились.

Сквозь пылающие огнем глаза я посмотрела на мир, в котором был смысл, и увидела тело, которое привыкла принимать как свое. На моих белых волосах танцевали отблески пламени. Моя солнечно-коричневая кожа посерела и казалась безжизненной. Солнечная метка на бедре, которая теперь постоянно гудела рядом с Дарро, горела яростным, алым и ярким, словно рубиновая звезда.

Я смотрела на то, как девушка, которую я считала собой, упала на спину и стукнулась головой о плотные меха. Рука ее все еще сжимала в своей руку Солина. Рысь затявкала и подбежала к девушке, коснулась мордой ее болтающейся головы и зарычала, почувствовав присутствие магического огня.

Вокруг меня пылал огненный мир, прокравшийся в реальность с оранжевым блеском.