Второй - Сергей Медведев Страница 15

Свою настоящую историю Лика рассказала Виктору Сергеевичу спустя пару лет.

Во-первых, оказалось, что она никакая не Лика, а Людмила Ивановна Назарова. Людмила Ивановна действительно когда-то работала в школе. Начинала Лика учительницей русского языка.

— Я тогда еще больше улыбалась, – так Лика объясняла свой стремительный карьерный взлет. Очень скоро Лику взяли в горисполком, в столовую, на раздачу.

Лена была дочкой Людмилиной подруги. Подруга упросила Лику взять семнадцатилетнюю Ленку к себе помощницей. Денег за работу в горисполкоме не платили, но кормили. Женщины много ели, особенно Елена, которая хотела поправиться и выйти замуж. Так много, что в иные дни работников горисполкома кормить было нечем и они ругались и грозились отправить работников столовой на каторгу. В конце концов злоупотребления вскрылись, Людмиле и Елене грозила расправа, им пришлось бежать. На катере «Азов-2».

Настоящая это история или еще одна Ликина фантазия, Виктор Сергеевич не понял.

— А что ты называешь каторгой? – спросил Петров.

— Это когда тебя командируют на электростанции крутить турбины. До конца жизни ты крутишь турбины. Ну или что-то в этом роде.

7. Полковник выгоняет Наташку

Лике удалось заразить сельчан хорошим настроением.

— Давайте Лику повесим, а Ленку я заберу к себе, – пошутил Максим. – Будет у меня в гараже на цепи сидеть. Готовить будет.

— Лена нездорова. Она не умеет готовить. Давайте я вам буду готовить, – улыбнулась Люда-Лика. – Не надо меня вешать.

— Ты, наверное, много ешь. Все, что приготовишь, сразу съешь, – опять рассмеялся Максим.

— Нет-нет, я учительница, я привыкла мало есть. А у Лены падучая.

На этих словах Лена забилась в припадке.

— Не надо цирка. Цирк у нас по праздникам, – сказал Полковник и ушел. – Через двадцать минут буду.

Вернувшись, Полковник достал из-за пазухи пару женских туфель, это были те туфли, которые он приносил Виктору Сергеевичу для увеличения размера. Полковник снял с Лики наручники и протянул ей туфли:

— А ну-ка надень.

Женщина сняла калоши и надела туфли.

— Учителку я могу к себе забрать, – задумчиво произнес Полковник. – У меня некому хорошо готовить.

— А у вас же уже есть жена, – начала было Лидка. – Наташа!

— Можете попробовать ее стряпню, блюдо под названием «картошка»!

— Можно, я съем не пробуя, – предложил Степанов-старший.

— Молчи, молчи, Лида, – одернул супругу Виктор. – Товарищу Полковнику виднее. Взрослый же человек.

Полковник усмехнулся:

— Разговорчивая ты, Лидка! Хочешь, Витя, тебе свою старую жену отдам? Бери, на цепь посадишь. Вместо собаки будет… Надоела она мне. Ничего не говорит, только гавкать и умеет. Ни сердцу, ни уму. Готовит плохо, никакой фантазии.

— Вань, ты что! Чем я тебя обидела? – заплакала Наташка.

— Зачем же мне такая, у меня уже есть. – Виктор осторожно улыбнулся Лидке.

— Смотри, сосед. Или коней на переправе не меняют?

— Это точно. Пожалуй, воздержусь. Привык. Не буду менять коней.

— Спасибо, Витя, – выдохнула Лидка, у которой в голове за секунду пронесся целый фильм ужасов.

— Иди домой, – сказал Полковник жене и подошел к Лике вплотную. –  Сними очки… Ты что преподавала?

— Русский язык и литературу.

— Это я люблю. Язык и литературу. Хотя по мне и не скажешь. А зубы ты чистишь?

В поселке гордились тем, что чистят зубы – мелом, выцарапанным из строительных блоков. Ноу-хау Максима.