Увидимся в другой жизни - Катриона Силви Страница 15

* * *

На следующий день в утренний перерыв Санти возвращается в класс с кофе и видит Тору, которая рисует, сидя за своей партой. Он наблюдает, как она останавливается и соединяет несколько бледных точек на внутренней стороне запястья.

— Тора, сейчас перемена.

Девочка не отрывается от своего занятия. Санти пробует снова:

— Ты должна быть на воздухе.

— Я хочу остаться здесь.

По правилам он должен отправить ее во двор: он не может прятать ребенка от естественного порядка вещей. Львы охотятся на газелей и безжалостно убивают их. Но Санти, вспоминая недавнюю злость на родителей Торы, бунтует. Он садится рядом с ученицей, и она вздрагивает от удивления. Наклоняет голову и начинает яростно раскрашивать картинку.

— Что ты рисуешь? – спрашивает Санти.

Она смотрит на него голубыми глазами, как стыдливая тропическая рыбка:

— Царство Аида.

— Ух ты!

Санти глядит на ее рисунок: много черного, обломки взорванных зданий и вроде бы кролик с головой ребенка.

— Ты любишь греческие мифы?

— Мама и папа подарили мне книгу с мифами. – Ее лицо ничего не выражает.

Первое очко родителям и классическому образованию.

— Да, это хорошие истории, – говорит Санти. – Интересно узнать, как люди объясняли мир до того, как появилась наука.

Второе очко Санти и звездам.

— Да, – соглашается Тора. – В Древней Греции считалось, что люди продолжают жить после смерти.

— А ты в это не веришь? – хмурится Санти.

Она смотрит на него с совершеннейшим презрением.

— Вы же учитель естествознания, – подчеркивает она и возвращается к адскому пейзажу.

Санти откидывается назад и тщательно подбирает слова:

— Наука не много может сказать нам о том, что происходит после смерти.

— А вот и неправда. – Ученица смотрит на учителя с вызовом. – Мы покрываемся плесенью и разлагаемся, как в том опыте с хлебом, который был на прошлой неделе. А потом становимся скелетами.

— Ты права! – признает Санти. – Но это всего-навсего то, что мы можем наблюдать. Откуда нам знать, что в человеке нет частицы, которая продолжает жить? Частицы, которую мы не видим?

Тора жует карандаш.

— Думаю, нам этого не узнать, – отвечает девочка с раздраженным видом. – Если только не поговорить с кем-то, кто умер.

— Ну, наверное, я умру раньше тебя, – произносит Санти. – Обещаю, если что-нибудь есть после смерти, я постараюсь вернуться и рассказать тебе.

— Спасибо.

Она улыбается, никакой робости не осталось и в помине. В этом возрасте она, кажется, меняется каждую секунду. Но это всего лишь иллюзия – Тора уже та, кем она станет, когда вырастет. Все, что он может сделать, – помочь ей проявиться.

Санти встает:

— Кстати сказать, я планировал экскурсию с классом в «Одиссей».

Тора поднимает на него глаза и смотрит, затаив дыхание:

— Музей приключений?

Он кивает.

— Что думаешь?

Радости на ее лице более чем достаточно.

* * *

«Одиссей» находится на другом берегу реки, в кольце общественных центров и автобанов. Санти ведет разбредающихся детей через мост Гогенцоллернов к гулу соборных колоколов и напоминает себе, зачем вообще это затеял. Ради Торы, думает он решительно в тот самый момент, когда двое детей стараются сорвать один из замков с забора, а третий отстает от группы, чтобы потрогать мертвого голубя.

— Не отставать! – кричит Санти, хлопая в ладоши.