Заглянувший - Анастасия Райнер Страница 147

— Ну.

— Я ведь никогда не принимала общественные игры, так? Предпочитала общение с глазу на глаз, чтобы разговаривать об интересных вещах, узнавать собеседника. В компаниях почему-то вступают в силу другие правила. Многое из того, о чем рассказывал человек наедине, вдруг становится для него стыдным. Человек, которого ты знал, становится совершенно иным, незнакомым. Его поведение начинает определяться компанией, в которой он вращается. У Виктора много друзей из детства, он не намерен рвать с ними отношения. В их компании насмехаются над подкаблучниками, поэтому с ними он строит из себя крутого парня. Его можно понять.

— Что-то ты не рассуждала так спокойно, когда он не брал трубку, бухая по ночам в барах неизвестно с кем, – огрызнулся я.

— Он больше не задерживается допоздна. Мы доверяем друг другу. Важно то, что со мной он совершенно другой: чуткий, внимательный, очень заботливый!

— Уверена, что таким и останется? На него нельзя положиться, вспомни, сколько раз он подводил!

— Это было давно! – повторила сестра. – Он изменился. Со мной Виктор настоящий.

— Человек должен быть настоящим всегда, вне зависимости от того, с кем находится! А твой женишок не изменился, лишь ловко прикидывается! Не хочет быть отвергнутым, вот и все. Да и что за друзья такие, если готовы посмеяться над человеком из-за того, что он уступает любимой женщине и старается беречь ее?

— По крайней мере, он не ноет о фальшивых отношениях, не изливает злобу на окружающих, не твердит, как ему противно и невыносимо жить среди людей!

Явно камень в мой огород.

— Да ты же сама не любишь компании!

— Потому что прошла через разочарование и распри! Меня сталкивали с реальностью лбом, причем очень ощутимо! Поэтому я понимаю его поведение и защищаю. Таких, как он, везде принимают.

— Ага, в отличие от меня.

Она шумно выдохнула, закинув голову:

— Да причем здесь ты?!

Я как бы невзначай потер запястье, на котором красовались золотые часы.

— Ах, снова ты о своей принадлежности к элитному сословию. – Сестра разгорячилась. – Вечный гонщик за престижем на офисной трассе! Чем круче авто – тем ярче нимб над головой! Главное – ни в чем се-бе не отказывай, а чтобы убедить других в правоте, – чаще хвастай дорогостоящим барахлом! Пусть не забывают, что ты всех превзошел!

— Лучше брать пример с тебя и угождать всем вокруг?

— Наберись уже смелости и признай, что тебе не очередной «Феррари» нужен, а внимание! Потому что при всем своем достатке ты все равно чувствуешь, что катастрофически беден! Но для отношений нужно иногда поступаться принципами, научиться прощать и принять другого человека с достоинствами и недостатками!

Она вся раскраснелась, из глаз хлынули слезы. Мы так и не притронулись к еде, давно остывшей. Лишь я виноват, что ужин превратился в спор. Лишь я виноват, что сегодня мы перестали соприкасаться душами.

— Прости, пожалуйста… – Я хотел провалиться сквозь землю.

Она продолжала тихо плакать, а я продолжал молчать, уткнувшись в тарелку.

— Я так любила твой смех, почему ты перестал смеяться? – спросила она спустя некоторое время.

— Не перерос полный депрессий пубертат, – ответил я, не особо вникая в суть вопроса.

Я стоял за барной стойкой и выкуривал сигареты одну за одной.

Сегодня неожиданно позвонила сестра. Я очень обрадовался, однако понял по голосу, что она расстроена. Она попросила встретиться здесь и вскоре должна была подойти.