Сердце истинного вампира - Северина Мар Страница 145

В полумраке его глаза горели желтым. Пусть он и выглядел ожившим мертвецом, но разум его явно прояснился по сравнению с их последней встречей.

— Все не так, отец, – выдохнула Катаржина, чувствуя, как ноет сердце. – Я уехала, чтобы найти для тебя лекарство…

— И что, нашла?

— Нет. – Она опустила глаза, ее затопило стыдом и отчаянием – привычными чувствами, которые она всегда испытывала возле отца.

Теперь она понимала, что в их отношениях все было ненормально и неправильно: отец давил на нее своим презрением и отвергал, тогда как она бросила все и едва не умерла, пытаясь спасти его. Ему всегда и всего было мало. Что бы она ни сделала, он никогда не был ею доволен.

— Так я и думал, – просипел он. – Бестолочь! Стоило дать тебе волю, ты тут же бросилась делать глупости. Такая же, как твои брат и сестра. Что с вами будет, когда меня не станет? Дураки, вы погубите и себя, и эту страну…

Пока он продолжал бормотать оскорбления, Катаржина потянулась, чтобы поправить подушки под его головой. Ей всегда казалось совершенно естественным, что он так говорит о ней, Игнате и Агнешке. Он и до болезни часто напоминал, что они дурни, что без него пропадут и что совсем не знают, как надо правильно жить. Раньше она думала, что только Агнешку родители слишком сильно опекают, но теперь видела, что и ее, и Игната отец так же всю жизнь держал на коротком поводке, не давая вырваться из-под опеки, которая на самом деле была жаждой власти и контроля.

Сейчас ей хотелось с ним спорить, но он по-прежнему был ее отцом и Главой Содружества. Вся власть была в его руках, и она ничего не могла ему противопоставить.

— Я вижу, ты полностью поменял охрану, – заметила она, переводя тему. – Здесь только люди.

— Проклятые волки! – прорычал он. – Так расплодились, будто крысы, а не псины. Везде волки… Я знаю, чего они хотят, что им всем нужно. Волки, тигры, олени, все прочие… Даже другие медведи… Они все хотят захватить власть… Убить меня, но… я им не позволю…

— Что ты имеешь в виду?

Отец проклинал оборотней-волков, словно забыл, что она сама одна из них.

— Я совершил ошибку, дав им так много воли…

— Кому?

Катаржина уже сомневалась, что разум отца прояснился, слишком бессвязно он говорил.

— Людям, оборотням, проклятым колдунам… Но скоро я все исправлю. У меня есть план… На этот раз я все сделаю правильно. Людишкам укажу на их место у моих ног, а остальных… больше не будет… я всех их уберу и буду править сам…

— О чем ты? – Катаржина склонилась над отцом. Даже привстала, чтобы быть ближе. Он смотрел на нее безумными медвежьими глазами, казавшимися огромными на исхудавшем лице.

Отец закашлялся, вместе со слюной в воздух полетели капельки крови. Катаржина испуганно отскочила в сторону. Не так ли заразился от него Игнат?

Хлопнула дверь, раздался мелодичный женский голос:

— Бегу-бегу, пандер Витольд!

В комнату вошла женщина в костюме медсестры. Белая ткань обтягивала пышную грудь и тонкую талию, из-под разреза юбки при каждом шаге выглядывала резинка белых чулок. Светлые волосы были убраны под шапочку, нижнюю часть лица прикрывала медицинская маска. Что-то в ее походке, плавных движениях и певучем голосе показалось Катаржине знакомым, но она никак не могла понять, где раньше они могли встретиться. Пахло от медсестры душными духами, с ароматом перца и розы, который перебивал запах спирта, лекарств и крови.