Вечерний изумруд - Иника Мин Страница 119

– Заткнись. Лучше заткнись. – Я до боли сжала кулаки. – Не смей говорить мне двигаться дальше, не смей говорить искать себе другого… Как только мы вытащим тебя, первое, что я сделаю, – это дам тебе пощечину за эти слова. Как ты не понял, я лю…

– Не надо, – перебил он меня. – Не хочу слышать это.

– Что? Почему?

– Потому что я не смогу сказать то же самое.

– Хорошая попытка, я почти поверила.

Он хмыкнул, прекрасно понимая, что лжец из него никакой.

Раздался противный писк, который оповещал о том, что у нас осталось три минуты.

Сердце забилось болезненно часто, пальцы похолодели. Я и не заметила, как потекли слезы.

– Мстислав, пожалуйста, не умирай.

– Скоро Арина свяжется с тобой. Не могу точно сказать, какую роль тебе предстоит сыграть, ведь я сказал им тебя не втягивать, но…

– Мстислав, не умирай.

Он отвел взгляд и снова нахмурился.

– Я не хочу обещать того, что не смогу выполнить.

Раздался второй писк – минута до конца свидания. Я вскочила и припала к стеклу, что разделяло нас с командиром.

Какой-то ничтожный кусок стекла, из-за которого я не могла дотронуться до Мстислава. Я стукнула по нему кулаком. Охрана тут же оживилась.

– Аня, не надо. Не создавай себе проблем. – То, как спокойно он говорил, раздражало меня.

Он встал, собираясь уходить. Сразу после раздался третий длинный и еще более раздражающий писк. Я стукнула кулаком по стеклу с такой силой, что оно задребезжало. Охрана тут же подскочила ко мне и попыталась скрутить.

– Да отцепитесь вы, чтоб вас! – вырывалась я.

– Аня, успокойся, так ты никому не…

– Заткнись! Слышать тебя не хочу! Как ты можешь быть таким холодным, когда это, может быть, наша последняя встреча?! Ты хоть что-то чувствуешь? – вовсю рыдала я. – Ненавижу тебя! Иди и подыхай, ненавижу!

Мстислав в ответ грустно улыбнулся и подошел ближе. Ему уже сделали несколько предупреждений, ведь время давно вышло, но он не обращал внимания.

– Отпустите девушку, – своим обычным тоном командира произнес он. Тюремщики, что держали меня, переглянулись и ослабили хватку. – Вы правда думаете, что она сможет разбить непробиваемое стекло этим хрупким кулачком? Не смешите меня. Единственный, за кем вам стоит присматривать в этой комнате, – это я.

На этих словах он развернулся и, схватив стул, оглушил им приблизившихся охранников. Я вздрогнула. Те, кто держал меня, тоже на миг опешили. Бросив меня, они выбежали из комнаты, чтобы скрутить Мстислава по ту сторону. Тут же завопила сирена.

– Что ты… что ты делаешь? – непонимающе заморгала я.

– Так у нас есть еще несколько секунд, пока на меня не набросились. Не хочу уходить, когда ты в слезах кидаешь проклятия.

Он приблизился к стеклу и опустил на него ладонь:

– Прости, я должен был защищать тебя, но в итоге оставляю.

Я положила свою ладонь симметрично. Если бы не это чертово стекло…

К Мстиславу ворвались пятеро тюремщиков. Ко мне тоже вошли. Мстислав улыбнулся мне прежде, чем меня успели оттащить от стекла.

Последнее, что я видела, – это то, как он ввязался в драку с охраной.

Воспоминания о последней встрече с Мстиславом сами возникли в моем травмированном мозгу. Не знаю, сколько еще я бы просидела под струями воды, если бы не тихий стук в дверь. Я выбралась из ванной и, оставив за собой мокрый след на полу, подошла к двери.