Докторша. Тяжелый случай - Наталья Шнейдер Страница 117

Больное горло — обойдусь тем, что есть в кладовой. Горчичники при простуде неэффективны, как и банки, при серьезном воспалении бронхов и легких только добавят боли и суеты, но не вылечат. Разве что заказать их как антигипертензивное — если вдруг после очередной беседы со мной Андрея хватит удар. Но, если уж на то пошло, кровопускание хотя бы действительно уменьшает объем циркулирующей крови и таким образом снижает давление. Правда, хорошей идеей это его все равно не делает.

Идем ниже — живот. Дубовая кора и сушеные ягоды черемухи от расстройства желудка, льняное семя как обволакивающее и успокаивающее для слизистой, магнезия на случай необходимости срочно прочистить кишечник — всякое бывает. На этом, пожалуй, все.

Остается самое интересное. Бинты, пластыри, антисептики.

Лейкопластырь отпадает. До привычных рулончиков с клейкой основой на цинке еще дальше, чем до аспирина. Свинцовый пластырь токсичен. Припрет — буду клеить медом, как себе. За бинтами — к экономке. Вата? Вместо нее корпия — раздерганная на нитки ветошь. Сколько в этих нитках грязи и микробов — даже думать страшно. Придется нащипать самой из кипяченой ткани, чистыми руками, а потом прожарить в закрытом глиняном горшке, да так и оставить.

Из антисептиков у меня есть хлорка. Гипотетически можно получить гипохлорит натрия — он безопаснее — электролизом раствора соли, если понять, куда девать выделяющийся при этом хлор, чтобы вместо антисептика не сделать химическое оружие. Можно, наверное, спросить у Андрея… но, пожалуй, эту идею я отложу до момента, когда решу овдоветь, не марая рук ядом. Марганцовка? Я помнила, что открыли ее еще в конце XVII века, но когда поставили на поток — не знала. Спрошу на всякий случай. Йод точно должен быть известен, его запишем.

Я пересмотрела длиннющий список, поколебалась еще немного и добавила: «Скальпель — из цельной стали, без костяных или деревянных накладок на рукояти». Далее следовал перечень игл, иглодержателей, пинцетов, корнцангов и прочих совершенно необходимых в приличном доме вещей, включая шелковые нити. Параллельно я составила записку ювелиру, заказав тонкую, как канитель, серебряную проволоку.

Нет, лавры Пирогова пусть останутся самому Пирогову. Если он есть в этом мире, сейчас должен работать над своей «ледяной анатомией» и преподавать в медико-хирургической академии в Петербурге. Я — женщина, женщины-врача не может быть, потому что не может быть никогда.

Но никому не известно, когда может возникнуть необходимость вскрыть нарыв — чуяла я, что с этой кухонной девкой не обойдется — или, скажем, обработать глубокую рану от осколка стекла или топора. Не ждать же, пока ситуация разрешится сама собой: нет больного, и беспокоиться не о чем.

Что подумал аптекарь, когда мальчик на побегушках вручил ему мой список с просьбой записать на счет губернатора, я так и не узнала. Мальчишка вернулся с корзинкой и запиской от аптекаря, в которой тот сообщал, что упомянутые инструменты необходимо будет заказывать в Санкт-Петербурге — действительно ли они мне необходимы? Сожалел, что перманганат калия — редкость и сейчас его в аптеке нет, но, если я желаю, можно тоже заказать в столице. И заодно просил уточнить, в каком виде мне нужен йод. Раствор Люголя? Каустик Черчилля?