Павший - Анна Щучкина Страница 113

Мое тело двигалось механически, шаг за шагом, пока разум метался в клетке мыслей, как загнанный зверь. Аниса сейчас готовится к ужину с императором. Я должен сопроводить ее. Это моя обязанность. Жизнь принца сплетена из таких обязанностей, как цепь, – звено за звеном.

Беспокойство разъедало меня изнутри. Я не мог даже присесть, чтобы перевести дух. Тысячи маленьких игл впивались в мышцы при каждом шаге. Меня буквально трясло от напряжения, от невысказанных слов, которые скопились под отполированной годами маской.

Вокруг сновали солдаты и офицеры, и каждый раз казалось, что стоит протянуть руку – и я почувствую тепло живого существа. Но даже так никто из них не смог бы услышать мой внутренний крик.

Одиночество. Вот что сопровождало меня всю жизнь. Оно стало моим верным спутником с того момента, как я осознал, кем являюсь. Наследник императора. Будущий правитель. Мальчик, у которого есть все – кроме права показывать слабость.

Иногда я смотрел на подданных и завидовал тому, как они могли просто жить. Любить. Ошибаться. Выбирать свой путь. Мне же оставалось лишь идти по дороге, вымощенной чужими ожиданиями.

— Ваше высочество! – Голос, прорезавший мои мысли, заставил меня вздрогнуть. – Не окажете ли нам честь присоединиться?

Я обернулся. Небольшая группа солдат собралась у костра. Я узнал их предводителя – капитана передового отряда, с которым мы брали Черное Крыло. Хорошие воины, преданные империи.

— Благодарю за приглашение, – как всегда вежливо ответил я.

Солдаты почтительно подвинулись, освобождая место, и у меня в руках тут же оказалась кружка с горячей похлебкой.

— Почту раздают, – сказал капитан, кивнув в сторону взлохмаченного гонца с кожаной сумкой через плечо. – Первый раз за две недели. Все ждут новостей из дома.

Я кивнул, делая глоток похлебки. В нее будто добавили ягоды, терпкие и сладкие одновременно. Гонец подошел к нашему костру и начал выкрикивать имена.

— Лорис! Карн! Муртон! Эйдан!

Среди названных был молодой солдат, сидевший напротив меня, – коренастый парень с веснушками и рыжеватыми волосами. Его глаза загорелись, когда он получил письмо. Он прижал его к груди на мгновение, прежде чем развернуть.

Я наблюдал, как менялось его лицо, пока он читал. Сначала радость, потом удивление, а затем… Тень пробежала по его чертам, рот скривился, и прежде чем солдат успел взять себя в руки, крупные слезы покатились по его щекам.

— Эй, Муртон, что случилось?

Тот не ответил. Его плечи дрожали. Он пытался сдержаться, но горе оказалось сильнее.

— Плохие новости из дома? – осторожно спросил капитан.

— Я… – Муртон поднял взгляд. В его глазах мешались радость и боль в каком-то невыносимом сочетании. – У меня родился сын. Третий.

По кругу прокатился вздох облегчения. Кто-то похлопал Муртона по плечу.

— Да это же повод для празднования, дружище!

— Мои поздравления! Как назвали малыша?

— А как жена и старшие? Все здоровы?

Муртон смотрел на них так, словно не понимал, о чем они говорят. Потом взглянул на письмо.

— Гарен. Его зовут Гарен, – произнес он тихо. – Но Торенал… Торенал не выжила.

На мгновение затих даже треск костра.

— Боги, Муртон… – прошептал кто-то.

— Письмо от матери, – продолжил солдат, глядя на дрожащий в руках листок. – Она пишет, что роды были тяжелыми. Торенал потеряла слишком много крови. Она держалась три дня, надеялась дождаться вестей от меня… – Его голос сорвался. – Я должен был быть там. Я обещал ей вернуться до родов.