Северная война 1700-1721 - Алексей Шишов Страница 20

За время не столь продолжительной осады Нотебурга петровская артиллерия потеряла большую часть орудий, стволы которых разрывались в силу разных причин и ломались орудийные лафеты. В «Гистории Свейской войны» («Поденные записки Петра Великого») сказано, какой ценой для артиллерии победителей стало взятие Нотебургской крепости. В «росписи припасам, которые издержены при добывании Слюсенбурха», из 31 пушки (18 и 12-фунтовых):

15 пушек (все крупного, 18-фунтового калибра) были «расстреляны», то есть их стволы разрывались при яростной (беглой), продолжительной стрельбе «без роздыха»;

8 пушек (все 12-фунтовые) оказались по разным причинам негодными для стрельбы;

4 пушки (того и другого калибра) после бомбардировки крепости было «починить можно».

И только 4 полевых орудия, выдержавшие огневое испытание под Нотебургом, могли продолжить свою «боевую биографию», свою походную жизнь в рядах петровских войск.

В ходе бомбардировки шведской крепости и ее последующего штурма было израсходовано пороха (в пудах): пушечного – 3017, мушкетного – 971, ручного (гранатного) – 429. Выстрелено: ядер – 8324, бомб («бомбов», то есть артиллерийских гранат) – 2581. Пехотинцами-гвардейцами в защитников крепости было брошено 4471 граната ручная двухфунтовая.

Штурм древней новгородской крепости на Ореховом острове в водах Ладожского озера вошел в отечественную военную историю еще и солдатскими песнями той поры, весьма популярными в рядах русской армии. В одной из них пелись такие слова:

Как по славной матушке Неве-реке, Подле устьица ее широкого, Что при самом ли истоке быстроем, Как плавали-гуляли три легкие стружка. На первом стружке Шереметев был, На другом стружке офицеры сидят, А на третьем стружке все солдатушки, Преображенские и семеновские. По реке они бежали к круту красну бережку, К круту красну бережку ко слюсельбургскому. Подбирали они парусы полотняные, Что того ли полотна все олонецкого, Они якори метали все булатные, Что того ли булата сибирского, Приставали к круту красну бережку, Они лесенки метали все дубовые, Выходили на желты пески сыпучие, Начинали рыть подкопы глубокие, Накатили бочки с лютым зелием, С лютым зелием – с черным порохом, Ставили свечи воску ярого, Зажигали те подкопы глубокие. От того ли красный берег взорвало, Развалило стену белу камену, Потрясло всю крепость шведскую, Устрашило храбрых неприятелей.

В захваченной крепости, которая подлежала быстрому восстановлению, оставляется «обыкновенный гарнизон» из двух полков пехоты. Нотебург царским указом был переименован в Шлиссельбург (Ключ-город) в знак того, что он должен был служить ключом к дальнейшим успехам русского оружия. Ныне Шлиссельбург носит название Петрокрепость.

После взятия крепости на Ореховом острове Петр I возвратился в столицу России: «А царское величество капитан бомбардирский изволил идти к Москве, куда полки гвардии Преображенский и Семеновский, взяв полонные пушки медные и знамена, маршировали и в Москву вошли с триумфом декабря в 6 день». Для первопрестольной столицы государства Российского этот день стал большим праздником.

В триумфальном возвращении гвардии участвовало несколько батальонов других армейских полков и пленные шведы, которых потом «развели» по городам. Русская армия, равно как и шведская, расположилась на зимних квартирах, петровская гвардия – в своих подмосковных полковых слободах – Преображенской и Семеновской.

…Военная кампания 1703 года также началась наступательными действиями русской армии. Теперь речь шла об овладении всем течением реки Невы. Главной задачей стало овладение крепостью Ниеншанц, которая стояла при впадении в Неву реки Ухты, на ее правом берегу, и закрывала выход из Невы в Финский залив, то есть выход в желанные воды Балтики. В самом устье Невы шведы крепости не поставили.

Крепость Ниеншанц состояла из цитадели с пятью бастионами: она смотрится современной фортификацией для того времени. Между южными бастионами имелся равелин, окруженный глубоким рвом. Сама цитадель находилась на мысу, образуемом слиянием рек Охты и Невы. Пушки Ниеншанца держали под обстрелом речные воды. Крепостной гарнизон состоял из 600 человек и имел на вооружении 75 пушек и 3 мортиры. Защитники Ниеншанца, равно как и Нотебурга, имели надежду на скорую помощь.

В конце апреля 1703 года 20-тысячное войско Б.П. Шереметева правым берегом Невы двинулось к Ниеншанцу. Высланный вперед на судах 2-тысячный авангард 25 апреля напал перед входом в крепость на шведский пост из 150 драгун и разбил его. В тот же день к Ниеншанцу стали подходить главные силы русской армии, которые в течение нескольких дней с достаточной надежностью обложили его со всех сторон. Был перекрыт путь по Неве.

26 апреля к Ниешанцу из Шлиссельбурга прибыл внушительный судовой караван: царь Петр I самолично доставил осадную артиллерию (16 мортир 3-пудовых, 48 пушек от 26 до 12-фунтовых), 10 тысяч бомб и шанцевый инструмент. Все это благополучно сгрузили на речной берег и доставили под крепостные стены.

После этого начались активные осадные работы: тысячи людей рыли окопы и траншеи, возводили батарейные позиции. Все это делалось на виду у шведов. 30 апреля к коменданту Ниеншаца были посланы парламентеры с предложением сдаться на почетных условиях. Получив отказ, русские провели 12-часовой артиллерийский обстрел крепости, продолжавшийся всю ночь. Бомбардировка велась только из тяжелых мортир: всего было выпущено 700 бомб.

1 мая гарнизон Ниеншанца под угрозой кровопролитного штурма капитулировал на предложенных ему условиях: с правом выхода из крепости к своим с личным имуществом за плечами и даже с четырьмя пушками. Ниеншанц был переименован в Шлотбург, но существовал он на карте совсем недолго.

В «Гистории Свейской войны» о том нерядовом событии сказано так: «В 14 день (осады) гварнизон по договору с распущеными знаменами, барабанным боем и с пулями во роту, с четырьмя железными пушками сквозь учиненный “брешь” (проломы) вышел и на данных (шведам) судах отпущен со всеми своими вещми к Канцам. Того ж дни генерал-фелтьмаршал с генералитетом в город вошли».