Диагноз - Анюта Соколова Страница 97

Машины гостей оказались припаркованными на противоположной стороне площади. Лимузин с шофёром принадлежал Божуру, Несиж сел в неприметный тёмно-серый седан и укатил первый.

— Сегодня утром произошла ужасная трагедия, — заговорил Божур, когда мы расселись. — Трагически погиб господин Дебре…

— Труп, которому от силы двенадцать часов, по-вашему, это срочное невозможное дело? — оскорблённо вскинулся Тери.

— Дослушайте, юноша, и не перебивайте, — властно бросил Бриер.

— Господин Дебре ежедневно ездил на своей лошади в центральном городском парке, — продолжил Божур. — Сегодня тоже выехал в обычное время. По показаниям дежурного полицейского, к господину Дебре никто не подходил ближе пяти-шести метров. Неожиданно министр обмяк и начал вываливаться из седла, но не выпал окончательно, а зацепился ногой за стремя и повис. Лошадь испугалась, понесла, тело билось о землю, и одним из копыт господину Дебре проломило голову.

В голове у меня мелькнула фраза: «Повреждения мозга почти стопроцентная гарантия смерти некроманта». За фразой всплыл абзац из «Краткого руководства»: «Никогда, ни за какие деньги не беритесь поднимать умерших с травмами черепа. Души их неуправляемы и тянут на Ту Сторону гораздо сильнее, чем обычные мертвецы».

— Господин Бриер, — повернулся к старому некроманту Тери, — я вам чем-то так насолил, что вы решили от меня избавиться?

— Позавчера вы беседовали с трупом час с лишним, — Бриер уставился на свои руки, тёмные и скрюченные, словно высушенные корешки. — Вы необычайно одарены, юноша. Будь я хотя бы на десять лет моложе, то попытался бы сам.

— Мы не стали бы подвергать вашу жизнь риску, господин Риден, если бы не чрезвычайные обстоятельства, — перехватил разговор Божур. — Врач, осматривавший тело, отказался дать заключение о естественной смерти, нам пришлось сделать вскрытие. Господин Дебре погиб не от удара лошадиного копыта, его сердце просто остановилось. Точно так же, как и у господина Гобера. И теперь задача государственной важности — узнать, что за напасть косит членов правительства одного за другим.

Мы с Тери переглянулись.

— Во сколько произошла смерть Дебре? — спросил Тери.

— Без четверти восемь, — ответил Божур со вздохом.

— И в парке рядом с ним никого не было?

— Дежурный полицейский клянётся, что никого. Понятно, парк общественный, в это время много людей спешит на работу, но дорожка для верховой езды не пересекается с пешеходной. Между ними трёхметровая полоса газона и цветочный бордюр высотой ниже колена. Кошка спрячется с трудом, собака уже нет.

Тери кивнул — не Божуру, своим мыслям.

— Можно будет поговорить с этим полицейским?

— Какой в этом смысл? — Божур пожал плечами. — У нас есть протокол его допроса.

— Толку с этого протокола — ноль, — отрезал Тери. — Вы стопроцентно не задали ему нужных вопросов.

— Господин советник, прикажите вызвать этого полицейского, — безапелляционным тоном велел Бриер.

— Ну, если вы настаиваете, я позвоню в отделение и попрошу его подойти, — обиженно откликнулся Божур. — Побеседуете с ним после того, как закончите с Дебре.

— После того как я закончу с трупом, это будет действительно бессмысленно, — жёстко сказал Тери. — Не говоря уже о том, что я могу и не выжить.

Я заёрзала. Происходящее мне не нравилось… чёрт побери, оно меня просто пугало! В уме я перебирала все советы из «Руководства…» и понимала, что мне катастрофически не хватает опыта. Тем временем машины проехали вдоль центрального парка и остановились у строгого дома с колоннами.