Зажмурься и прыгай - Юлия Стешенко Страница 69

— Нет, не нужно. Я и так все увижу, — Яся подошла поближе, присела на край кровати и протянула руку. Сила проснулась, пришла в движение, потянулась вперед — через ладонь, через пальцы, согревая их призрачным теплом. Теперь Яся чувствовала болезнь в этом тучном, избыточном теле. Она была везде, наполняла женщину, как тухлая болотная вода.

Она и была… водой.

Почки сжались под ребрами — темные, плотные, раскаленные. Яся ощущала их болезненный жар, уже пронизанный ледяными нитями некрозов. От почек болезнь ползла вверх — к легким, к сердцу, наполняя их вязкой жижей. Она текла по кровеносным сосудам, она вяло плескалась в мозгу. Натужное, булькающее дыхание, дробный заполошный пульс, бледная кожа… Болезнь сочилась, проступала на теле липкой грязной росой.

— Те диагнозы, которые вам ставили, были связаны с поражением почек? — рассеянно спросила Яся, все еще погруженная в изучение проблемы.

— Да. Почечная недостаточность… Но целитель не смог найти причины. И лечение не подействовало.

— Хм. Странно… Это действительно похоже на почечную недостаточность, но…

— Но что? — цепко прищурилась пани Масальская.

— Я не вижу причин болезни. В смысле, почечная недостаточность должна откуда-то взяться, у нее есть начало, есть точка старта… Но я ее не нахожу. Странно. Очень странно. Подождите, сейчас… — Яся, подавшись вперед, положила руки женщине на живот. Сила потекла, свободная, теплая, как река. Она устремилась вглубь этого тучного тела, омыла сердце, вытолкнула мерзость из легких, наполнила полумертвые почки, пробуждая их к жизни.

— Ох, — изумленно распахнула глаза пани Масальская.

— Не обольщайтесь, это временно. Я немного подтолкнула ваш организм, но надолго эффекта не хватит. Сегодня вечером я приготовлю отвар. Ему нужно несколько часов настояться… Пусть ваш сын утром заедет, я передам — с подробной инструкцией, как принимать. И… я буду думать. Тут что-то странное, я не могу понять, что именно. Но я постараюсь разобраться.

— А ты амбициозная девочка, как я посмотрю, — одобрительно хмыкнула пани Масальская. — Не пасуешь перед чужим авторитетом. Вот и правильно. Чтобы чего-то добиться в этой жизни, нужно идти и не сворачивать. — И внезапно переключилась на новую тему. — Кто с тобой приехал? Жених?

— Что? Нет! — изумилась предположению Яся. — Это мой троюродный кузен, — повторила она уже привычную ложь. Чтобы не плодить сплетни, всем любопытным они представлялись родственниками. Поверить в это было несложно — светлые волосы и голубые глаза выступали подтверждением мнимого родства, а что лицами не похожи… Так ведь не родные. Троюродные.

— Какой заботливый у тебя кузен, — понимающе ухмыльнулась Масальская. Яся попыталась изобразить возмущение, не преуспела — и сделала вид, что не поняла намека.

— Да, в нашей семье принято заботиться друг о друге.

— Действительно? Что-то я не припоминаю, чтобы твоя мамаша заботилась о старом Томкевиче… — прямолинейность Масальской граничила с грубостью. А может, и не граничила. Может, именно грубостью она и являлась.

— У мамы с дедом были сложные отношения, — уклончиво ответила Яся. Она тоже не одобряла решение матери, но выслушивать замечания от постороннего человека было… неприятно. — Я, пожалуй, пойду. Сегодня я больше ничем не смогу вам помочь, — попыталась вежливо попрощаться Яся. Но пани Масальская пропустила ее слова мимо ушей.