Поднебесный дворец - Филиппа Райс Страница 49

Тем не менее она не стала рисковать и ни о чем не написала.

* * *

Чтение записей мастера-заклинателя позволило Ивни отчасти понять его отношение к остальным обитателям Дворца. Все его рецепты и чертежи были щедро приправлены комментариями личного свойства. Похоже, мастер-заклинатель по тем или иным причинам держал зуб абсолютно на всех. Шеф-повар слишком высокомерен, конюшая ленива и неопрятна, миссис Тыквин не уважает законы природы. Прочитав эти комментарии, Ивни не испытала к этим людям неприязни; напротив, заинтересовалась, есть в словах мастера-заклинателя хотя бы толика правды, или он просто старый ворчун. Посетив некоторых дворцовых работников, чтобы сообщить, что их заказы не будут готовы вовремя, Ивни выяснила, что и они не скупятся на эпитеты в отношении мастера-заклинателя.

— Своенравный хам, – сказала про него конюшая. – Ни одного доброго слова от него не дождешься. Даже кони одного его голоса пугаются.

— Совершенно невыносимая личность, – охарактеризовал его придворный дегустатор.

— Перед его визитами половина моих подчиненных разбегается, чтобы гадости не слышать, – заявила старшая экономка.

Однако личная неприязнь не мешала им заказывать у мастера-заклинателя вещи. Про его изделия никто не мог сказать ничего плохого. Напротив, многие с гордостью демонстрировали творения мастера-заклинателя. Ивни разглядывала их, как зачарованная. Если изделие можно было украсить или каким-либо образом улучшить, мастер-заклинатель это делал. Все его творения отличало идеальное сочетание практичности, красоты и, разумеется, магии. Ивни узнала, что пневматические трубы, по которым жители Дворца обменивались письмами, тоже были изобретением мастера-заклинателя, как и вокофоны. Зачарованный шар, докладывающий о продвижении королевского кортежа, также был изготовлен им, хотя изображение передавалось из башни прорицателя. По описанию Фантаччи, работа мастера-заклинателя представлялась мелкой и по большей части незначительной, но на деле оказалось, что Дворец толком не может существовать без его изделий. Они облегчали работу всему персоналу, всем дворцовым ведомствам, а также имели эстетическую ценность.

Мастер-заклинатель задал высокие стандарты, но Ивни твердо вознамерилась соответствовать им и быть готовой к любой работе, когда мастер очнется. Да, у нее не было образования, но в магии она кое-что смыслила. Вдобавок мастер-заклинатель оказался Сэмом Лимонным Чаем – последним, кто связывал ее с утраченной семьей и родной деревней. Ивни не хотелось, чтобы он невзлюбил ее так, как остальных жителей Дворца. Об этом она тоже не отваживалась написать Бабусе. Вдруг Бабуся решит, что Ивни нашла ей замену?

* * *

Был сырой, промозглый вечер, когда Ивни впервые попыталась попасть в Резервуар. Ветер завывал в печной трубе, словно чья-то неприкаянная душа, и ему печально вторила механическая сова. Ивни ручной дрелью сверлила дырку в совиной спине. Сыпалась мелкая деревянная пыль. Закончив сверлить, Ивни одной рукой пропустила в отверстие длинный провод, а другой пошарила у совы в брюхе.

— Кра-а-а! – стонала сова. Для механической она была весьма чувствительна.

— Не валяй дурака. Ты ничего не чувствуешь.

Кот разгуливал вокруг верстака, мяукая с гусиным акцентом.

— Царапка, ей не больно. После этой процедуры станет только лучше.