Дракон из черного стекла - Джим Чайковски Страница 336

Как бы там ни было, сейчас Аалийя воспользовалась этой мудростью. Она заставила эту чуть ли не самую закрытую школу на Урте распахнуть свои двери, допустив людей во дворы и даже позволив разбить лагеря на своих уровнях. То же самое относилось и к имперской цитадели, а также к сотням других более-менее стабильных районов по всему городу.

Над головой кружила пара быстроходников, предлагая поддержку. Внизу сотни бойцов Щита улаживали споры, успокаивали напуганных людей и подавляли любые очаги несогласия, которые пытались там вспыхнуть, – число которых, к сожалению, только росло.

Тазар выразил обеспокоенность именно на этот счет:

— Я постоянно принимаю почтовых ворон от Шайн’ра. По всему городу продолжают подниматься протесты, вызванные паникой и замешательством. То, что ты пытаешься сделать – спасти как можно больше жизней, – уже настраивает народ против тебя. Если ты надавишь еще сильнее, город не выдержит. А если этот катаклизм так и не разразится, людской гнев разгорится во сто крат сильнее.

— Как ты уже много раз предостерегал.

Протянув руку, Аалийя коснулась его колена. Она знала, что его страх сосредоточен на ней. Этот страх и подпитывал бо́льшую часть его сомнений.

Тазар резко выдохнул.

— Ты слишком доверяешь опасениям трех этих ученых.

— Возможно. Но пусть лучше меня сдернут с трона, чем погибнут миллионы, чтобы удержать меня на нем.

— Тогда давай по крайней мере направимся обратно в цитадель. Сейчас нам лучше вернуться в Кровавую башню, где ты сможешь с таким же успехом за всем присматривать.

Аалийя перевела взгляд на сотни шпилей, вздымающихся над территорией цитадели. У нее просто не хватало духу вернуться туда. Помимо того, что она покинула свою резиденцию, чтобы показаться всем на глаза в это неспокойное время, это было еще и бегством. Аалийя сбежала от последнего послания, доставленного почтовой вороной – которое прибыло вскоре после того, как до нее дошла весть о том, что имперский флот отступает домой после битвы у халендийского побережья.

Однако другой группе было не суждено благополучно вернуться.

Это последнее послание поступило от «Попранной Розы», и содержание его было дополнительно подтверждено депешами клашанских шпионов в Азантийе.

Попытка штурма Вышнего Оплота провалилась. Ее брат, а также Канте и их спутники были схвачены и заточены глубоко под замком. Потеряны были не только они, но и всякая надежда найти ключ к турубье. После такого поражения судьба мира была предрешена.

Не в силах смириться с этим мрачным известием, с потерей брата и друзей, Аалийя и сбежала из дворца – чтобы сделать все, что в ее силах.

«Но что еще я сейчас могу сделать?»

Тазар застонал, привлекая ее внимание:

— Помяни демона… По-моему, у нас еще какая-то беда.

Аалийя развернула свою лошадь к пандусу, ведущему со двора – по которому, нахлестывая своего мула, во весь опор гнал чааен Граш. Шесть колоколов назад он исчез в огромной школе, где собрал всех ученых Дома Мудрости, всех его алхимиков и иеромонахов, озадачив их этой единственной угрозой. Судя по тому, как чааен спешил сейчас к ним, Тазар наверняка был прав.

«Надвигается беда».

Подъехав к ним, Граш спрыгнул со своего мула и начал опускаться на колено. Аалийя махнула ему, приказывая встать.

— Чааен Граш, что случилось?