Ветер и Правда. Том 1 - Брендон Сандерсон Страница 287

— Досталось. Ненадолго, – прошептала Шаллан.

— Это правда? – спросил Узор.

— Я любила братьев, и… – Шаллан смахнула незаметно накатившую слезу. – И тогда бывали хорошие моменты. В садах. С ней.

Узор взял Шаллан за руку. Кредо, дернувшись, положила свою ладонь поверх. Оба спрена сжали руки.

— На это место влияют твои мысли, – предупредил Узор. – Ах да, еще твои воспоминания и душа. Душа может вызвать появление разных вещей и без мыслей. Может быть трудно. Будь осторожна. Мы будем держаться поблизости.

Шаллан кивнула.

— Я вас не заслуживаю, – прошептала она. – Ни одного из вас.

Узор обнял ее. Его слишком жесткая мантия казалась странной на ощупь, но Шаллан оценила жест.

Ренарин поднялся с пола:

— Мы нашли отца. Он в видении.

— Хорошо, – сказал Узор. – Даже замечательно! Пойдемте же кого-нибудь поубиваем!

45

Самообладание и контроль

В то время как волеформаторы охотно принимали такое чувство противоречивости – отношение, кое не вызовет особенного удивления у всякого, знакомого с их пристрастиями, и отсутствие коего, в сущности, могло бы стать неожиданностью, – наличие подобных раздоров в среде неболомов многих немало изумляет.

Из «Слов сияния», глава 40, стр. 1

На подступах к следующему монастырю Каладин, Сил и Сзет столкнулись с неожиданным препятствием в виде форта.

Все вместе они опустились на вершину поросшего травой холма. Каладин уже почти привык к неестественной мягкости земли под ногами. Будто по ковру ходишь. На улице. Постоянно.

Он перевесил с одного плеча на другое новообретенный Клинок Чести – обернутый в ткань и обвязанный на обоих концах веревкой для удобства переноски. Они решили, что никому из них не следует создавать с ним узы.

Шаткие укрепления в отдалении выглядели так, словно готовы рухнуть от первого же сильного порыва ветра. За деревянной стеной высилась каменная глыба монастыря.

— Здесь все выглядит правильно, – сказал Сзет. – Хорошо.

— Хорошо? – переспросил Каладин.

— Никакой тьмы, – согласилась Сил. – Я тоже чувствую.

— Вокруг монастыря и раньше была стена? – поинтересовался Каладин.

— Нет, – помотал головой Сзет, – но этот монастырь крупнее, при нем находится небольшой город, а не только лагерь для солдат. Наверное, стену построили после того, как я покинул страну. Все монастыри вдоль побережья рассчитаны на отражение нападений варваров с моря.

— Под «варварами» ты подразумеваешь людей вроде меня, – заметил Каладин, – потому что мы ходим по камням.

— В том числе, – отозвался Сзет, направляясь к городу. – Давай пройдем остаток пути пешком, чтобы никого не встревожить и не выдать сразу, что мы Сияющие.

— Ладно, – сказал Каладин, присоединяясь к шинцу. – И что же, помимо хождения по камням, делает нас в ваших глазах варварами?

— То, как вы используете цвет. Для вас он ничего не значит. Кроме того, вы часто едите руками.

— А чем еще нам есть? – удивился Каладин. – Ногами?

— Вилками. Ложками.

— Они у нас есть.

— Вы практически не пользуетесь ложками, кроме как для супа. Что до вилок, то хлеб идет в дело не реже. Плоский и сухой, без дрожжей. Вилки вы, вероятно, позаимствовали у нас. Жители востока крадут все хорошее у шинцев.

— Чепуха, – сказал Каладин и взглянул на Сил в поисках поддержки, но спрен посмеивалась. – Сзет, это чепуха. Что мы украли?