Бес лести предан - Элиот Лилит Страница 275

Сердце сжалось, когда Алексей вспомнил об оставленной там Марии Федоровне. Что с ней будет, когда узнает?

Император наставил на Константина побелевший палец.

— Ты знал.

Константин поднял голову и тяжело посмотрел на отца.

— Да.

Император повернулся к Александру.

— А ты?

Александр не проронил ни звука. Его голова свесилась еще ниже. Вместо него заговорил Чарторыйский:

— Ваше величество, он…

— Помолчите! – рявкнул император с такой яростью, что отшатнулся даже Алексей. – Вашему высочеству не угодно отвечать своему императору?

Очень медленно, будто выныривая из трясины, Александр повернул подбородок. Из-под копны побелевших кудрей показался кусок залитого кровью лица и мутно блестящий голубой глаз.

— Нет, – прохрипел Александр. – Я ничего не знал.

Император отвернулся и в бешенстве огляделся. Алексей догадывался, кого он ищет. Долго ждать не пришлось – Нелидова уже спешила к ним. Белая половина ее плаща теперь мало отличалась от черной, зато бледностью она могла соперничать с Александрой. Ее глаза метнулись к прижимающему к себе сестру Константину, потом к закрывшей лицо руками Александре и, наконец, к императору. Тот сжимал кулаки и дышал так шумно и часто, что впору было испугаться припадка.

— Ну что, Екатерина Ивановна? – крикнул он с чудовищной ядовитой насмешкой. – Есть вам что сказать мне?

Впервые на памяти Алексея Нелидова не находила слов.

Зато Александра развела пальцы и посмотрела на отца.

— Ваше величество, – сказала она глухо. – Если бы я не помогла Константину закрыть разлом, мы все здесь сейчас не стояли бы.

Алексей отвел глаза. Зря она заговорила…

— Тебе не пришлось бы закрывать разлом, если бы мой наследник был в состоянии справиться с одной порученной ему задачей! – прогремел император. – А если бы госпоже Нелидовой не пришло в голову вербовать в бесогонки дочерей своего императора, Елена была бы жива!

— Но мы сами вызвались…

— Это роняет тень на вас и не снимает с нее. Да вас обеих следовало бы отправить в монастырь! Но, зная вашу привязанность к сестре, я надеюсь, ваши дни и без того будут проходить в попытках замолить свою вину. Если не перед семьей, то перед Богом.

— Вину за что?! – Алексей никогда не слышал, чтобы спокойная и сдержанная Александра повышала голос. – За то, что хотели защитить наш город? За то, что хотели служить нашему народу? Вы ведь сами всегда говорили, что это – долг императорской семьи!

Лицо императора все сильнее корежил гнев. С трудом совладав с голосом, он процедил:

— Великие княжны служат по-иному, ваше высочество. Я думаю, что упоминал это раз или два.

Александра истерически рассмеялась. Ее голубые глаза лихорадочно блестели.

— В таком случае, моя польза как великой княжны, кажется, исчерпана. Сомневаюсь, что после сегодняшнего я когда-нибудь смогу иметь детей. Достаточно ли это уважительная причина, чтобы остаться в полку Нелидовой?

— Это достаточно уважительная причина, чтобы госпожа Нелидова больше не возглавляла свой полк, – отчеканил император. – Слышите, Екатерина Ивановна? Я хочу, чтобы вы уехали из Петербурга и никогда больше не показывались при моем дворе! Уезжайте сегодня же.

Нелидова снова не ответила. Она смотрела в застывшее лицо Елены.

— Что до полка – сомневаюсь, что без госпожи Нелидовой он просуществует долго. Вас и так осталось горстка, и нужно сойти с ума, чтобы после сегодняшнего пожелать заменить госпожу Нелидову на ее посту.