Бес лести предан - Элиот Лилит Страница 266

Александр замотал головой.

— Нет, это не все. Там… Там…

В Гатчине Алексею стоило большого труда не бросаться утешать Александра по первому зову испуганных глаз или задрожавшей нижней губы. Сейчас – хотелось как следует встряхнуть.

— Кто великому князю Константину все эти красивые слова про долг говорил? – отчеканил он жестко, будто выговор солдату делал. – Кто мечтал доказать его величеству, что воинский мундир вам так же впору, как придворное платье? Сами говорили, вас назвали защитником, чтобы свой народ защищали. Что в этом ваши смысл жизни, великое предназначение и что там еще. Люди хотят в вас верить, так дайте им, в кого верить! Поверьте в себя сами.

На губах Александра прорезалась мертвенная улыбка.

— Сложно верить в то, чего не существует.

Рехнулся он, что ли, со страха?

— Ну так поверьте в вашего отца, – раздраженно выдохнул Алексей. – Или в брата. Да хоть в меня, если вам от этого полегчает.

— В тебя? – казалось, Александр вот-вот рассмеется. Или разрыдается. – А знаешь, в тебя я, может, в самом деле готов поверить.

Уже что-то.

Алексей крепко сжал его плечо.

— Так поверьте. Я буду ждать вас на Дворцовой площади. Доберитесь дотуда, а там уже его величество возьмет все в свои руки.

Холодные пальцы сомкнулись на его запястье. Алексей вспомнил сегодняшний сон и поежился. За тонким барьером кожи бурлил небесный огонь: спасение и смерть, благословенный свет и слепящее небытие.

«Но он никогда не поступил бы так со мной».

— Останься ненадолго, – попросил Александр. – Помнишь, ты обещал защитить меня от моих ночных кошмаров? Когда ты рядом, мне почти не страшно.

Долг тянул его прочь, но в светлой лазури глаз таилось что-то столь ранимое, способное разлететься от одного неосторожного жеста или слова, что Алексей не нашел в себе сил отказать.

— Только ненадолго. Его величество ждет моего доклада.

Скоро будет светать. Небо на горизонте посереет, робко и тускло. А вместе с восходом солнца растворятся бесы. Разлом из зловеще-багряного выцветет в блекло-розовый, затем побледнеет и исчезнет вовсе. У них будет еще один день.

Алексей осторожно высвободил руку и кивнул Александру.

— Не теряйте присутствия духа, ваше высочество. И держитесь поближе к своему адъютанту.

Александр устало улыбнулся:

— Слушаюсь и повинуюсь.

Алексей вскочил на лошадь и пустил ее рысью. Миновал несколько кварталов, следуя вдоль алой полосы. Занималась заря. Долгая декабрьская ночь подходила к концу.

Алексей перевел дух. Еще один день. Еще один…

Он замер. Бесы над головой растворялись в светлеющем небе. Голубой рассвет на востоке расползался все шире. Но багровая рана на ткани мироздания и не думала бледнеть.

Алексей не мог поверить своим глазам. Повернулся к ближайшей шеренге солдат. Те, на ком была обычная форма, таращились в никуда, но бесогоны растерянно переглядывались.

Алексей еще ничего не осознал, но обнаружил, что уже выкрикивает приказы:

— Всем оставаться на позициях! Передать дальше в обе стороны: готовьтесь отражать нападение!

Несколько офицеров бросились к нему, но Алексей пришпорил лошадь. Та с обиженным ржанием рванулась с места. В лицо ударил яростный ветер.

Небо светлело, обращаясь в серо-голубой купол, но разлом разгорался лишь ярче.

Он не исчез с рассветом. А значит…