Вик Разрушитель 10 - Валерий Гуминский Страница 233

— Чем обрадуешь, наставник? — Я тоже присел за стол. Передо мной тут же появилась дымящаяся кружка с ароматным чаем.

— Как я и предполагал, девица обвела вас вокруг пальца, — ответил Куан и с непроницаемым лицом сделал глоток из фарфоровой чашки.

Глава 7

1

Какие только мысли не лезут в голову, когда сидишь в комфортной машине и от безделья рассматриваешь мелькающие снаружи дома, прохожих, рекламные всполохи на витринах магазинов, уже блеклые от наступившего утра. Лёгкая морозная дымка, в которой видно бледно-жёлтое солнце, уже начинает рассеиваться. Новый день бодро катится по столице. А у меня непонятное настроение, скачущее от полного пофигизма до дрожи в руках и неприятных ощущений где-то под сердцем. Хорошо, что Куан не дал впасть в окончательную меланхолию от плохо закончившегося вечера. Утренняя разминка на шестах чуть-чуть взбодрила, помогла увидеть мир в красках, а не через серую вуаль уныния.

После разговора с Дайааной и личных раздумий я пришёл к мысли, что рыжеволосая девушка с милыми веснушками на лице, и оказалась той самой «опасной женщиной», о которой предупреждала Дайаана. Значит, те двое «специалистов» из Лондона — группа прикрытия или ликвидации, тут уж как переговоры пройдут. А это точно переговоры, раз у Татьяны ничего не получилось с обольщением. Хороший амулет сделала подруга.

Засада, устроенная нами у дома, где «проживала» рыжая колдунья, результата не дала. Девушка просто-напросто исчезла, ни разу не появившись на улице, как в воду канула. Хитрый Лис высказал мысль, что она дождалась нашего отъезда и спокойно покинула дом. Надо было оставлять наблюдателя сразу, но моя беспечность привела к такому вот результату. Обвинять некого, кроме самого себя. Вот и оставалось мысленно стучать по своей глупой голове.

Как и обещал цесаревич, на КПП Зарядья меня не стали задерживать, только удостоверились, что это именно я приехал на такой красивой машине, а не какой-нибудь злыдень. Подозреваю, номер «Фаэтона», как и моя фотография, уже введены в базу, поэтому и пропустили без проволочек. Правда, к особняку цесаревича нас сопроводила местная охрана на чёрной «Веге».

Так как моих личников не пустили внутрь, меня любезно передали с рук на руки от одних гвардейцев к другим. Здесь заправляла уже внутренняя служба. Ко мне подошёл мужчина в строгом костюме.

— Его Императорское Высочество ждёт вас, княжич. Позвольте, провожу.

Мы поднялись на второй этаж. Странно, как сегодня тихо. Никто из домашних не вышел навстречу, не поприветствовал гостя. Неужели — всё? Антимагперестал интересовать Мстиславских? Это не очень хорошо. К опеке с их стороны я уже давно привык. Зато никаких вопросов, все дела решаются оперативно. Потеря протекции может серьёзно осложнить продвижение проектов. Как шутил Петрович, в армии хорошо до первого крупного залёта. Потом все начинают жить по уставу. Боюсь, цесаревич хочет довести до меня, что пришло время того самого устава. Гауптвахта покажется цветочками.

— Ожидайте, — скупо обронил сопровождающий, когда мы оказались перед массивной дверью. Он скрылся за ней, чтобы доложить о моём прибытии. Вернулся быстро, кивнул. — Входите, Андрей Георгиевич.

Не сказал, что у меня пять минут, чтобы покаяться в своих грехах. Уже хорошо. Или плохо? Сколько времени нужно для промывания мозгов? Думаю, не так много. Снова вспомнил слова Петровича. «Главное, дать начальству наораться от души, преданно глядя ему в глаза. И молчать до тех пор, пока тот не выдохнется и разрешит говорить». С трудом погасил улыбку, когда входил в кабинет. А то сочтут за наглость.