Диагноз - Анюта Соколова Страница 2

— Вы кто? — грозно поинтересовался голубоглазый красавец.

— Я к господину Ридену, — чётко отрапортовала я.

— От кого?

— Сама от себя, — я щёлкнула замочком сумки и вытащила вчетверо сложенную газету. — Здесь написано, что господин Риден ищет помощницу без опыта работы.

На газету красавец не взглянул, с силой хлопнул дверью и зашагал по направлению к роскошному тёмно-синему кабриолету, который только что подъехал к дому. На машине красовался особый номер — АВР-222, дорогое удовольствие для очень состоятельных людей. Из кабриолета выскочил щеголеватый шофёр и предупредительно распахнул заднюю дверцу.

— Садитесь! — скомандовал красавец.

— Куда? — растерялась я.

— Можете на тротуар, — зло ответил он. — Но лучше в машину. Поговорим по пути.

— По пути куда?

— На собеседование! — рявкнул он нетерпеливо.

Решив, что временно исчерпала запас глупых вопросов, я послушно забралась на пассажирское сиденье и сложила руки на коленях, словно примерная школьница. Красавец сел рядом и наконец-то удостоил меня внимательным взглядом.

— Рассказывайте! — приказал он всё тем же властным тоном.

— Что именно?

— Кто вы такая, почему хотите на меня работать.

— Не на вас, а на господина Ридена, — поправила я. — И вообще-то воспитанные молодые люди при знакомстве представляются первыми.

— Вообще-то устраиваясь на службу, неплохо знать своего потенциального работодателя в лицо, — хмыкнул красавец. — Вы никогда не видели моих фотографий в газетах? Тогда будем знакомы: Áстер Ви́нсен Риден.

— А зачем мне ваше лицо? — ответила я не менее ироничным хмыканьем. — Или внешность как-то влияет на размер жалованья? Чем безобразнее наниматель, тем выше зарплата? Тогда высадите меня, я пойду поищу кого-нибудь поуродливее.

Мысленно я уже попрощалась с вакансией, оплакала её, похоронила, установила пышное надгробие и теперь ждала только удобного момента, чтобы попросить тормознуть машину у ближайшей станции подземки или автобусной остановки. Этому некроманту требовалась не я, а шикарная фотомодель с обложки глянцевого журнала. Соответственно, пропала необходимость притворяться кроткой и милой.

— Что, вы с таким же рвением пошли бы служить к плешивому и горбатому старику? — усмехнулся Риден.

— Почему сразу плешивому? — запротестовала я. — Может, у него прекрасная шевелюра не хуже вашей! К тому же в объявлении чётко указано: «помощница». Помощница — это не жена. Какая мне разница, как выглядит мой работодатель? Я не замуж за него собираюсь!

— Моя помощница должна стать мне ближе, чем жена, — Риден скрестил руки на груди. — За исключением супружеского долга, на него я не претендую. Она обязана находиться рядом со мной двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю и триста шестьдесят пять дней в году.

— Боюсь, на такие замечательные условия найдётся немного желающих, — елейным голоском протянула я. — Отпуск раз в четыре года — это сурово даже по меркам Сентáра.

— Отпуск? — опешил Риден. — Разве я говорил об отпуске?

— Вы сказали: триста шестьдесят пять дней в году. Поскольку каждый четвёртый год у нас високосный, у вашей помощницы будет отпуск длиною в целый день раз в четыре года, — я ехидно улыбнулась. — Удивительно, что у вашего дома не стоит очередь из претенденток.

Риден подался вперёд: