Зал костей - Тим Харди Страница 173

— Собственно, вот и вся наша история, если вкратце, – сказал Йохан. – А какова ваша? Что произошло той ночью в крепости Ульфкель и как вам обоим удалось бежать?

Когда мы с Эттой начали свой рассказ, я понял, что впервые говорю о происшедшем. Запинаясь, я поведал о том, как в Большом зале убили Йорика и его семью вместе с Финнвидом и Ольфридом, рассказал о жалком подобии суда клана, на котором меня обвинили в убийстве после того, как под пытками вырвали признание. Йохан слушал молча, нахмурив брови и крепко стиснув зубы.

Этта продолжила, рассказав о том, как они с Эккилем освободили меня из вороньей клетки, и об отчаянном бегстве из Ривсбурга. События в Линдосе развивались в ином темпе, чем поход Йохана на юг, и потому рассказ о моей болезни и выздоровлении под присмотром Йолдира занял совсем немного времени. Мы с Эттой не упомянули лишь об открывшемся у меня Видении, и это единственное, о чем мы по негласному уговору умолчали. Может, и правильно сделали. Во всяком случае, не стоило говорить о моем даре, пока он не вернулся.

Йохан долго молчал, задумчиво ероша волосы.

— Адальрик тщательно готовился к нападению на наш клан и, вероятно, заслал лазутчиков еще несколько лет назад. Лундвар всегда легко менял свои взгляды, а Хроди Белобородый – человек сметливый; не будь он таким изворотливым, вряд ли дожил бы до преклонных лет. Меня интересует, как здесь замешан Сандар. Его ложь на сходе клана определила участь Ротгара, и, хотя его не было в Большом зале во время нападения, я готов поспорить, что именно он помог Черноглазому попасть в замок той ночью.

Я задумался над словами Йохана. Не потому ли мне снился Лейв, что он находился рядом с Сандаром? И мой разум во сне пытался разгадать тайны, которые предпочитал не замечать, когда бодрствовал?

Этта не стала делиться своими мыслями и лишь заметила:

— Возможно, мы никогда не узнаем правду о том, что тогда произошло. За зиму у нас еще будет время, чтобы попробовать сложить кусочки этой головоломки. А сейчас вы трое, должно быть, очень устали. Охрану выставлять не нужно, так что отдыхайте, пока есть возможность.

— Хороший совет, – признал Йохан, вставая и направляясь к двери. – Рад снова видеть тебя, Этта. И тебя, Ротгар.

— Поговорим завтра, – добавил Бандор, похлопав меня по плечу. – Хочу поподробнее рассказать о деяниях Отряда теней Йохана Йокельсварда.

— Ловлю тебя на слове, – сказал я ему, когда они с Йоханом вышли в ночь.

Эккиль, однако, даже не пошевелился. Я подумал, что они с Эттой хотят поговорить наедине, и собрался было уходить, но Этта шикнула на меня и заставила снова сесть.

— У меня дело к Ротгару, поэтому, Эккиль, если у тебя есть что мне сказать, лучше поторопись.

— Эти сведения стоят серебра, если не золота, – бросил он, небрежно откидываясь на спинку кресла.

— Тебе было велено принести вести о Каламаре, причем более полугода назад.

— А я сделал больше: я привел Каламар, вернее то, что от него осталось.

— Без предупреждения, в разгар зимы, когда наши припасы на исходе. Если бы ты сообщил заранее, я не позволила бы Йолдиру вывезти половину урожая на рынок, тем более ворундцы почти все отобрали. Лучше бы мы накормили наших союзников, а не врагов.

Эккиль, похоже, удивился.

— Как бы то ни было, я привез важные сведения. И Йохан наверняка тебе пригодится – люди сплотятся вокруг него и пойдут за ним в бой.