Зал костей - Тим Харди Страница 165

— А ты быстро учишься, – заметила Арисса, когда я согревал дыханием сложенные чашечкой ладони.

Она продолжила доить козу в подставленное ведро, ни разу не сбившись с ритма. Элла подняла на меня взгляд и заблеяла, ясно давая понять, что не в восторге от того, что этим утром доить ее буду я. Я снова проверил, достаточно ли согрелись руки, и только потом уселся рядом с козой.

— Что, пошел снег? – спросила Арисса, взглянув на мои плечи, припорошенные легким слоем снежинок.

Я кивнул и принялся за работу.

— Небольшой. Думаю, Тенгилю лучше не ездить в Ольт, пока не начнется оттепель, слишком опасно.

Три дня назад Тенгиль обследовал дорогу и объявил, что она стала почти непроходимой. Недавние обвалы сделали путешествие по ней очень трудным, если не сказать невозможным, так что мы впятером в нашей горной долине оказались отрезанными от мира. В лагере беженцев в Ольте дела обстояли совсем плохо, пусть даже и снегопады у подножия горы были слабее.

Коротая время, мы с Ариссой болтали о всяких пустяках: какие животные освоились и чувствуют себя хорошо, как обстоят дела с запасами и так далее. Вчера Тенгиль заметил в закроме следы крыс, и Йолдир расставил по всему амбару загадочные деревянные приспособления, надеясь отловить грызунов. По нашему с Ариссой мнению, разумнее было бы завести кошку.

Когда мы закончили с дойкой и покормили животных, у меня появилось свободное время. Накануне Тенгиль бурчал, что надо бы починить забор на одном из дальних полей; мы оба молча признали, что от меня там толку не будет. Я видел, как он бредет по тропинке – темная неуклюжая фигура на фоне ярко-белого снега, – пока шел к хижине Этты, куда ходил каждый день. Похоже, старуха услышала хруст снега под моими башмаками, потому что велела мне войти еще до того, как я постучал в дверь.

— Закрой дверь, парень! – приказала Этта, едва я переступил порог. – Здесь и так холодно, а я подбросила дров в огонь не для того, чтобы согреть небо.

Я улыбнулся в ответ на упрек, не желая показывать, что беспокоюсь за нее, особенно теперь, когда зима крепко держала Линдос в своих объятиях. Раз у Этты хватает сил ворчать, значит, у нее все в порядке, по крайней мере сегодня.

— Ты выглядишь лучше, – заметила ведунья. – Тело выздоравливает. А как дела с разумом?

Я покачал головой.

— Я уже больше недели не притрагиваюсь к питью с корицей, но все еще чувствую себя… не в своей тарелке. Трудно объяснить. – Я пожал плечами. – У меня было окно в окружающий мир, и без него я чувствую себя загнанным в ловушку.

— Не спеши. Йолдир сказал, что ему никогда не приходилось давать кому-либо такую большую дозу снадобья, чтобы подавить Видение. Твой дар обязательно вернется.

— А если нет?

Этта нахмурилась и пренебрежительно махнула рукой.

— Ни за что в это не поверю. Послушай меня, когда твое тело искалечили, пробудилась истинная сила, которая таилась в твоем разуме. Ты спасся не просто так, у тебя есть предназначение. И этот мальчик, Лейв, тоже должен сыграть свою роль. Когда Видение вернется, ты раскроешь эту тайну.

— Кстати о Лейве. Если ты права, то мы должны найти способ помочь ему, пока не поздно.

— Опять начинаешь? Ротгар, мы заперты здесь, пока не сойдет снег, и до тех пор мы ничего не можем сделать.

— Йолдир с Тенгилем хотели отправиться за мальчиком летом, еще до того, как его посадили в подвал. Ты их остановила, сказав, что нужно дождаться Эккиля.