Материя. Том 2 - Константин Соловьев Страница 150

Он хорош, вынужден был признать Лэйд. Будь он из плоти и крови, наверняка бы сделался лучшим бакалейщиком в Хукахука, живо переманив всех его покупателей. К счастью, он был лишен такой возможности в силу своей природы. Невидимая веревка, связывавшая их, имела в длину двадцать пять футов и три дюйма[93] – они высчитали это в первый же вечер со всей скрупулезностью, – стоило Лэйду выйти из лавки по каким-то делам, как Доппельгангера вытягивало следом, хотел он того или нет. Оригинал и слепок – они были связаны между собой, но эта связь почти не тяготила Лэйда. Он быстро понял, как полезен может быть личный помощник.

Впрочем, нет. Помощник – это человек, который может перенести мешки с мукой, рассчитать маржу за месяц или настроить барахлящие весы. Доппельгангер принял на себя куда как более важную часть работы. Не просто помощник – личный секретарь, ассистент, сподвижник.

Доверенное лицо.

Лэйд мысленно и не без удовольствия повторил это выражение.

У него прежде никогда не было доверенных лиц. Он не доверял людям – болванчикам Левиафана, от которых можно ожидать невесть что. Он не доверял собратьям-охотникам – иногда казалось, что каждый из них обладает собственной формой сумасшествия. Он не доверял даже себе – этот остров без труда сооружал вещи, способные обмануть не только самые чуткие приборы, но и человеческий глаз. Он не доверял никому и ничему – запретил себе это.

Доверенное лицо?.. Черт, звучало немного напыщенно, даже помпезно, кроме того, отдавало канцеляритом, но по сути – совершенно верное определение. Он сам не заметил, как Доппельгангер стал его доверенным лицом.

Двойник оказался не только незаменимым помощником и толковым дешифровщиком, но и отличным собеседником – чутким, внимательным, сведущим во всех вопросах и при том ненавязчивым. Закончив обслуживать покупателей и выпроводив Сэнди из лавки, Лэйд наливал себе стакан вина и устраивался в кресле, а Доппельгангер – напротив него. Это была простая и приятная беседа, не похожая на праздные посиделки в «Глупой утке», не оставляющие после себя ничего, кроме изжоги. Они вспоминали истории, известные только им двоим, смакуя детали и заново переживая волнующие моменты, – два почтенных джентльмена, которым не было нужды перебивать друг друга.

Первая в жизни Лэйда Лайвстоуна охота на демонический поезд – и удивительное открытие, которое пришло за ним… Знакомство с Паточной Леди и ее причудливой свитой… Жуткие визиты полковника Уизерса-Уинтерблоссома, от которых он тщетно пытался уклониться и которые подарили ему первые седые волосы… Стоило Лэйду упомянуть какой-нибудь забавный случай, как Доппельгангер мгновенно припоминал забавные подробности, которые стерлись из его собственной памяти, или комментировал его в своей обычной манере, сдержанной и уважительной. Можно ли желать лучшего собеседника?

— Есть успехи с шифром?

— Весьма незначительные, – отозвался Доппельгангер. – Кто бы его ни составлял, он отличался воображением изувера. Стоит мне увериться в том, что я отыскал тропу-алгоритм, ведущую в его недра, как все мои труды рассыпаются прахом.

Лэйд рассеянно подошел к письменному столу и положил руку на «Большую поваренную книгу Хиггса». На протяжении многих лет она не раз утешала его в самых сложных жизненных ситуациях, но сейчас была бессильна даже она.