Стон океана - Эмма Хамм Страница 11

Может, это был и не страх. Руки не дрожали, сердце билось как положено. Но мысли метались как бешеные. Может, это была злость. Но этого Алексии тоже, скорее всего, чувствовать было не положено.

Доктор Баркер что-то пробормотал себе под нос и запустил алгоритм для отбора следующего перерожденного. Последнее время большинство работы делали компьютеры, но врачи все равно просматривали все генетические данные отобранного экземпляра вручную. Пока машина работала, доктор развернулся на стуле и посмотрел Алексии в глаза.

— Твои данные в норме.

— Так и думала.

— Но тебе неуютно в этой комнате? Для кого-то вроде тебя такое поведение нетипично.

Да она сама это знала, чтоб его. Знала, что ей не положено думать самостоятельно. Алексия раньше и не думала. По крайней мере, не помнила такого. Один раз ее на несколько лет вернули обратно в обучение, но вроде это было не потому, что она думала сама.

Блин! А это так плохо – думать самой? Неужели так странно, что, глядя на комнату с болтающимися в колбах телами выращиваемых на убой перерожденных, она чувствовала легкое отторжение? Она же не собиралась ничего с этим делать. Алексия знала, как здесь все устроено. У Оригиналов все было под контролем, кто-то вроде нее ни за что бы не смог вызволить перерожденных отсюда. Да и потом, что бы она с ними делала?

Они не были настоящими людьми. У них не было жизней, они ничему не учились, пока росли. Их выплевывало в мир полноценными взрослыми с полностью развившимися мозгами, но перерожденные не знали даже, как дышать самостоятельно.

И потом, Алексии еще жить хотелось. А если бы она посмела пойти против Оригиналов, ее ждала бы только смерть.

Доктор Баркер снял очки и потер переносицу.

— Знаешь, что делают с телохранителями, которые начинают думать самостоятельно?

Она наизусть отчеканила информацию, заученную с детства:

— Телохранителей, которые больше не могут выполнять свои задачи, отстраняют от должности.

— Отстраняют. Да, так это у вас называется. – Доктор покачал головой. – Алексия, их убивают. Можешь сколько угодно подбирать другие слова, если тебе так легче, но реальность проста: если кто-то вроде тебя начинает мыслить самостоятельно, их убивают. Полезные части твоего тела мы используем заново, скопируем твой генетический код, создадим новую тебя. Версию, у которой не будет недостатков. За эти года существовало множество Алексий, но никто из них не был так силен и идеален, как твоя версия. Следующая будет еще лучше. Понимаешь меня?

Она не понимала, хотя звучало как угроза. И как что-то, что не очень хотелось понимать. Так что Алексия просто сидела на месте и смотрела на доктора – хотелось надеяться, что безэмоционально, а не с той яростью, которая бушевала внутри нее.

Баркер прокашлялся.

— Не показывай никому, что ты другая. Вот что я тебе скажу. Пока внесу в твой файл новую формулу для ежедневного приема, это поможет с эмоциями. Если они не пропадут, приходи ко мне. Больше ни к кому.

— У меня есть врач.

Тот, которого приставили именно к телохранителям. Он регулярно устраивал им суровые проверки, чтобы убедиться, что они все еще верно выполняют свою работу.

— Ко мне приходи. – Доктора Баркера прервал сигнал о закончившемся отборе. – Мне надо посмотреть на перерожденную и убедиться, что она годится для сбора, раз предыдущая не подошла. Раздражение, говоришь? Может, аллергия на еду?